Черная кошка для генерала. Книга вторая

 — Леон еще заседает в тронном зале, сборище суеверного темного люда самоликвидируется, можно и в самом деле спокойно ванну принять».

— Что ж, в таком случае выполняйте мои указания: ванну и одежду мне, немедленно, — уверенным повелительным тоном приказала Лара. — Лекаря можете пригласить, коли таковы распоряжения моего брата: по поводу и без повода лекаря кликать."

"Служанка, окончательно лишившись дара речи, поклонилась низенько и вылетела за дверь. Не успела Лара глазом моргнуть, как в ее покои ввалилась целая процессия: озабоченный лекарь, служанки, двое дюжих слуг с ведрами в каждой руке, две хлопотливые камеристки с ворохами одежды в руках и пресловутая сиделка: бабушка — божий одуванчик с вязанием в руках.

«Ага, мне удалось нагнать страху, раз воду принесли еще до окончания «медицинского осмотра», — повеселела Лара. — Зря я подозревала королевских слуг в нерасторопности, они просто привыкли к тому, что принцессе никогда ничего не надо, но стоило перестать умирать — и пожалуйста, служебное рвение на лицо!»

Пока в ванную комнату носили воду, лекарь померил Ларин пульс, потрогал прохладный лоб, заглянул в ясные глаза, попросил подвигать руками и головой, недоверчиво уточнил, действительно ли ничего не болит, прислушался к ровному глубокому дыханию Лары, неуверенно согласился с тем, что ванну ей принять можно, и налил целый стакан «укрепляющей микстуры». Лара подозрительно покосилась на жидкость ядовитого зелено-лимонного цвета и, скрестив за спиной пальцы, пообещала выпить это варево после ванны. Королевский лекарь не внушил ей доверия: напыщенный франт с весьма подозрительным набором снадобий в ларце. Лара была уверена, что и змеиный яд там найдется, и жабы засушенные. Вот при войске Леона состоял настоящий лекарь, который любую рану заштопать мог (даже на кошке), а этот — шарлатан какой-то.

«Как приятно наслаждаться теплой водой: теперь она не кажется ни липкой, ни противной, — тут на Ларины глаза навернулись слезы — она оплакивала свою погибшую внутреннюю кошечку. — Я всегда буду помнить о тебе, пушистая моя, и обязательно помогу любой кошке, что придет к моему порогу».

Служанки усердно намыливали ей голову, и Лара была искренне благодарна им за помощь: сама она вряд ли бы с задачей собственного мытья справилась: слабость в теле она ощущала страшную.

— Принесите бульона куриного и хлеба белого, — потребовала она после того как на нее натянули повседневное платье: синее, без корсета (действительно, зачем груде костей корсет?), с рукавами три четверти и круглым вышитым воротничком.

На этот раз служанки не метнулись лекаря звать, а споро принесли все затребованное.