Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

И я поняла, что их было не пятеро, как показалось мне вначале, я семеро. Просто крылья тех, кто стоял впереди, загораживали мне обзор. А теперь я ясно видела, что стоящий позади мужчина, единственный темноволосый в этой компании, держал на руках молодую женщину, а стоящий рядом с ним парень – мальчика лет пяти-шести, который, похоже, дремал.

И это моментально меня успокоило. Если раньше у меня мелькало подозрение, что незваные гости могли иметь не самые мирные намерения, то теперь они отпали сами собой. Вряд ли кто-то станет отправляться куда бы то ни было с враждебными намерениями, взяв с собой женщину и ребёнка.

Видимо, Гейбу пришла в голову та же мысль, поскольку крепко обнимавшая меня рука слегка расслабилась.

Какое-то время мы стояли молча, внимательно рассматривая друг друга. Сильнее всего моё любопытство возбудил один из мужчин, стоящих впереди. В отличие от остальных, чьи волосы были пострижены относительно коротко, его рыжие волосы крутыми кудрями свободно падали на плечи, а со лба и с висков были подняты и забраны в небольшой хвостик на макушке.

Ростом он был почти с Гейба, впрочем, все пятеро были настоящими гигантами, такими же, как оборотни. Но, в отличие от оборотней, среди которых не было ни одного внешне старше тридцати лет, и рыжий, и тот, темноволосый, что держал на руках женщину, выглядели заметно старше, где-то между тридцатью пятью и сорока годами. Остальные трое были младше, на вид – примерно как Кристиан. Человеческий взгляд принял бы их за тройняшек, но мой-то был гораздо острее, и я поняла, что лишь двое, стоящие впереди – близнецы, а тот, что держал на руках малыша – чуть постарше.

Все мужчины были босиком и обнажены по пояс, что было вполне логично, учитывая их трансформацию. Я вспомнила, как сегодня, после того, как я обратилась, чтобы укусить Алекса, моя рубашка на спине обрела пару «модных» разрезов, точнее – дыр, а у кроссовок просто оторвалась передняя часть, и мне пришлось быстро переодеваться и менять обувь после того, как я уложила девочек на дневной сон. Хорошо быть мужчиной – можно просто ходить полуобнажённым. А вот мне такие спонтанные обращения противопоказаны, если я не хочу однажды оказаться в весьма пикантном виде.

И поскольку мужчины были «топлесс», я прекрасно разглядела украшения, висящие у них на шее. У всех, кроме рыжего, медальоны были одинаковые, не особо крупные, и висели на коротких цепочках. Медальон же рыжего был гораздо крупнее, где-то с мою ладонь, и висел на длинной толстой, оригинального плетения, цепи. Узор на нём был точно таким же, что и на остальных – переплетение золотых нитей, в которых угадывалась крылатая фигура, и два сапфира, расположенные у неё на месте глаз."

"Медальон рыжего выглядел старинным, а остальные – его более современными копиями.