Черная осень

 – Яна даже плечами пожала в удивлении. – Доедем до ближайшего крупного города, к примеру… Что у нас там впереди? Ирольск?

– Да, вроде бы. Я не помню…

– Я помню. Примерно. Ирольск мы проезжали, народу там много, город очень крупный, вот там и остановимся.

– Конечно. Мне надо будет съездить в столицу, а ты подождешь меня в Ирольске.

Яна чуть поморщилась.

Выдавать все свои планы этой девочке она не собиралась. Та хрупнет, словно сухое печенье, при первом же нажиме. И без нажима хрупнет…

Но кое-что рассказать придется.

– Зинаида, ты помнишь, в каком мы положении?

Девочка захлюпала носом. Яна пересела к ней поближе и обняла малышку.

– Ну все, успокойся… они теперь у Творца и смотрят на нас с облачка. И больно им не было. Правда.

– Выстрел – и все. Они даже не поняли, что умирают…

– Яна, а как ты уцелела? Как я уцелела? Я же ничего не помню…

Яна ехидно фыркнула.

– Скажи маме спасибо.

– Ну да. За зашитые драгоценности.

Зина ничего не понимала. Яна смилостивилась и принялась объяснять внятно и на пальцах, как Гошке.

– Мама придумала зашить драгоценности в платья. Пули на них наткнулись, в моем случае пуля вообще срикошетила, а в твоем скользнула по украшению и застряла в теле, не повредив жизненно важные органы. Синяк, конечно, у тебя знатный. И рана поболит, и шрам будет. Зато – жива.

О том, что выживших добивали штыками и прикладами, а девочек вообще хотели пустить по кругу, Яна говорить не стала. Обойдется ребенок без такой правды жизни.

– Если ты об остальных – я не успела их спасти.

– Я, Зина. Я… я перестреляла нападавших и забрала тебя. Вот и все.

Глаза у девочки были большие, круглые…

Яна пожала плечами с раздосадованным видом.

– Я… помнишь – меня в Эрляндию отправляли? Чуть не на полтора года?

– Помню… да, помню, – кивнула головкой Зина. И тут же поморщилась от боли. – Это же давно было!

– Давно – и недавно. Там скучно, сестричка. Бабушка не знает, на каком она свете живет, ее фрейлины – скопище старых грымз, вот мне и пришлось искать, чем заняться. Отставной военный научил меня стрелять и метать ножи в цель. Но поскольку это умение не пристало великой княжне… как ты думаешь, мама одобрила бы?

– Вот. Пришлось молчать.

Зина округлила глаза.

– Зато живы остались.

С этим спорить было сложно.

– А теперь все зависит от нас. Для начала надо остаться в живых.

– Будет погоня. Наверняка. Я подожгла дом и угнала машину, нас будут искать.

– Поищут да и успокоятся, никуда не денутся. У меня сейчас план такой: мы пробираемся в большой город и находим, с кем уехать за границу. В тот же Борхум или Лионесс.

– Инкогнито, Зина. Сначала – инкогнито, потом посмотрим, что будет твориться в стране. Мне бы тебя отослать, а дальше будет видно.

– Помочь ты мне не сможешь.