Черная метка

Присутствие обоих препаратов могло указывать на передозировку снотворных, а запах чеснока – на мышьяк. Фенолы и нитробензол напоминали соответственно об эфире и гуталине, а этиленгликоль пахнет точно так же, как антифриз, потому что это он и есть. Выделение потенциально значимых запахов из ужасного зловония грязных тел и гниющей плоти очень напоминает археологические изыскания. Концентрируешься на том, что есть, а не на жалком состоянии материала.

Декомпозиционный зал, как мы его называли, был уменьшенной копией патологоанатомического театра. Там была установлена отдельная вентиляционная система, стоял свой холодильник и единственный передвижной патологоанатомический стол, который можно было пристыковывать к большой раковине. Все, включая шкафы и двери, было изготовлено из нержавеющей стали. Стены и пол облицованы водостойким акриловым покрытием, способным выдержать самую суровую мойку чистящими средствами и хлоркой. Автоматические двери открывались с помощью больших стальных кнопок, на которые можно было нажимать не пальцем, а локтем.

Когда за нами закрылись двери декомпозиционного зала, я испуганно вздрогнула, увидев там Андерсон, присевшую на краешек стола. Каталка с упакованным в мешок распухшим телом стояла в центре зала. Труп – это улика. Я никогда не позволяла детективам оставаться наедине с необследованным телом, по крайней мере после того, как в деле О. Джей Симпсона в ненадлежащем исполнении обязанностей обвинили всех, кроме подсудимого.

– Что вы здесь делаете, и где Чак?

Чак Раффин, отвечавший за работу морга, давно должен быть здесь, проверяя хирургические инструменты, маркируя пробирки и подготавливая все нужные документы.

– Он впустил меня и куда-то отошел.

– Впустил вас и куда-то отошел? Как давно это случилось?

– Минут двадцать назад, – ответила Андерсон, напряженно глядя на Марино.

– Неужели я вижу носовые фильтры, или это мне только кажется? – ласково осведомился тот.

На верхней губе Андерсон осталась капелька вазелина.

– Видишь промышленные дезодораторы там, наверху? – Марино небрежно указал на специальную вентиляционную систему в потолке. – И знаешь что, Андерсон? Она ни черта не поможет, когда расстегнут этот мешок.

– Я не собираюсь здесь оставаться.

Это было очевидно. Она даже не надела хирургические перчатки.

– Здесь нельзя находиться без защитной одежды, – сказала я.

– Я просто хотела предупредить, что буду разговаривать со свидетелями. Когда обнаружите причину смерти, сообщите мне по пейджеру, – заявила она.

– Каких свидетелей? Брей посылает тебя в Бельгию? – спросил Марино. Защитное стекло его маски запотело от дыхания.