Сафари на черепашку

– Клиент? – сама предположила дама.

– Да, – обрадовался я, – мы договорились о встрече, я явился вовремя, и такой пердимонокль. Не знал, что Алексей пьющий, наверное, он нахлебался суррогата, выпил фальшивую водку. Увы, от этого страдают многие люди.

Незнакомка окинула меня взглядом, потом, слегка распахнув халатик, кокетливо сказала:

– Никогда не видела Лешу подшофе.

– Многие пьют втихую, дома, на улицу показываются исключительно в трезвом виде, – подхватил я никчемный разговор.

– Лешик не употреблял спиртное.

– Вы уверены?

Дамочка томно закатила глазки.

– Давайте познакомимся, я – Люлю, а вас как зовут?

Сообразив, что на пути попалась некая разновидность Николетты, только более простая и менее обеспеченная, я привычно улыбнулся и ответил:

– Иван Павлович Подушкин.

– Наверное, испугались, увидев Лешу на носилках?

– Не могу сказать, что обрадовался!

– Ага, и я столько пережила! Давайте, чтобы успокоиться, попьем чаю! Поднимайтесь ко мне.

– Право, неудобно вас стеснять.

– Какое стеснение!

– Ваш муж будет недоволен.

– Я живу одна, свободная женщина, поехали, поехали, – стала подталкивать меня к лифту Люлю, – заварю замечательный напиток, один из моих бывших мужей привез из Китая. Знаете, мужчины передо мной штабелями падают и, когда я их вон гоню, совсем не уходят. Меня Кара все спрашивала: «Люлечка, у тебя там нет лишнего завалященького мужчинки? Так тяжело одной!» Кара – это мама Леши, мы на одной площадке живем, дружили с ней, пока… ой, беда! Леша-то не в родительницу пошел! Та тихо сидела, мышкой, а Лешик! Сколько девок! Он в них просто путался! Я ему сколько раз говорила: «Остепенись». А он в ответ: «Знаешь, Люлю…» Лешик меня на «ты» звал, мы ведь с ним почти ровесники…

Я привычно проглотил усмешку. Право, Люлю и Николетту роднит еще и полнейшее отсутствие логики. Потерявшая свежесть прелестница секунду назад сообщила о близкой дружбе с Кариной Николаевной, а теперь говорит, что она одного возраста с ее сыном.

– …ответил, – как ни в чем не бывало тарахтела Люлю: – «Пока богатую не найду – не успокоюсь!» И представьте себе! Он ее откопал!

– Кого? – встрепенулся я. – Кто?

Люлю впихнула меня в лифт, снова слегка распахнула халатик и, сладко улыбнувшись, затараторила:

– Леша! Обеспеченную девушку! Он ведь раньше частенько ко мне прибегал и просил: «Люлю, подкинь бабок до получки», а потом перестал…

Голос Люлю, вкрадчивый и томный, подействовал на меня, словно звук дудочки на крысу; завороженный болтовней кокетки, я шел за ней, словно зомби, и в конце концов очутился в большой, шикарно обставленной кухне.

Люлю захлопотала по хозяйству, рот ее ни на минуту не закрывался, впрочем, ловкие руки действовали с той же быстротой, а полы халатика иногда распахивались, обнажая вполне стройную ногу.