Сафари на черепашку

Если б маменька услышала от мужа хоть раз слово «нет», она бы еще больше разъярилась и пожар ссоры вспыхнул бы до небес, но каким образом продолжать ругаться с человеком, который демонстрирует полнейшую солидарность с вами? От души советую применять такую тактику с людьми, желающими затеять перепалку.

Главное, не дать маху и не начать в какой-то момент возражать. Причем, поверьте, подобный метод применим всюду и со всеми, он годится для беседы с начальником, родителями, свекровью, детьми, нужно только некоторое время держать себя в рамках, и вместо недельного выяснения отношений с битьем посуды вы обойдетесь получасовым «концертом».

* * *– Ладно, – ожила Маша, – мне нужны деньги.

– Зачем?

– Не понимаешь?

– Нет.

– Дай в долг.

– У меня нет.

– Неправда.

– Ей-богу, нет ни копейки.

– Ах ты… – понеслась в ответ нецензурная брань.

Башлыкова обладала солидным запасом ненормативной лексики. Несколько минут она, не повторяясь, сыпала загогулистыми оборотами, потом устала и замолчала.

– Лучше иди домой, – вдруг тихо сказал парень, – денег не дам.

– Мне нужно. Очень.

– При чем тут я? И вообще, не забывай… Костя умер. Кто его туда пристроил?

Послышался шум, в замке заворочался ключ, я вздрогнул, в два прыжка оказался у лестницы и сбежал на один пролет вниз. Сверху процокали каблучки, потом, громыхая, приехал лифт, заскрипели двери, и кабина покатила вниз.

Я вытащил телефон и соединился с Норой.

– Костя? – воскликнула хозяйка, услыхав о подслушанной беседе. – Умер? Мы на правильном пути! Маша только что говорила с Рогатым. Там, в квартире, Игорь.

– Вы уверены? – я решил слегка охладить пыл хозяйки.

– Абсолютно. Больше некому. Значит, парочка в курсе беды, произошедшей с сыном Араповой, понимаешь, о чем сие свидетельствует?

– Пока нет.

– Ваня! Они знают о похищении! Немедленно иди в квартиру и потряси Рогатого.

– Думаю, он не станет со мной беседовать. Каким образом мне добиться его расположения?

– А уж это, Ваня, твоя работа, – заорала Элеонора, – мне совершенно все равно, что ты сделаешь, чтобы добиться цели: изобьешь его, дашь денег, напугаешь… Мне фиолетово! Ферштейн?[5]

– Угу, – ответил я и пошел назад.

* * *Игорь открыл дверь мгновенно. Рогатый оказался не слишком высокого роста, излишне полным, даже рыхлым юношей с сонным выражением на одутловатом лице.

– Здравствуйте, – вежливо сказал он, – если вы по поводу платы за парковку, то я уже отнес квитанцию в домоуправление.

Я помотал головой и, вовремя вспомнив, что являюсь женщиной, поднял голос на два тона выше.

– Нет, нет, у меня другая проблема.

– И че еще случилось?

– Можно войти?

Игорь вежливо посторонился.

– Пожалуйста.

– Разрешите присесть? Стоять тяжело.

– Пройдите на кухню, – разрешил Рогатый.