Коронованный череп

Все это время Мария думала о своем пропавшем муже, содрогаясь от одной мысли о том, что тот может снова появиться у нее на горизонте — теперь, когда она наконец-то уладила все дела.

Непроглядную тьму рассеивал лишь фонарь на повозке, трясущейся по дороге, по обе стороны которой раскинулись вересковые пустоши. В небе не было видно ни одной звезды, дождь яростно хлестал и кучера, и его пассажирку. Но та, казалось, не замечала его, погруженная в воспоминания о прошлом. Она никак не могла выбросить из головы постылое лицо Самюэля Крента."

"«Наверное, это потому, что я сейчас много говорила о нем, — решила Мария, когда они уже подъезжали к Гранджу. — Тьфу! Вот уж кого не хотела бы вспомнить снова!»

Когда впереди показались огни домов, пассажирка почувствовала себя много лучше, и образ господина Крента наконец улетучился из ее головы. Услышав звук подъезжающего экипажа, Дженни открыла парадную дверь и поспешила помочь матери выбраться из повозки — кости пожилой женщины ныли от сырости. И тут из переплетения теней вышел мужчина. Когда он приблизился и Мария увидела его лицо в свете лампы, она обмерла — это было лицо, которое она последний раз видела лет десять тому назад в Кейптауне.

— Самюэль! — воскликнула она, пошатнувшись от ужаса. — Самюэль Крент!

Но человек, который стоял перед ней, скорее, напоминал Иосию Полуина.

Глава XV Муж и жена

Миссис Крент добралась до крыльца с проворством, не свойственным женщине таких пропорций. Вырвав дверную ручку из рук дочери, она проскочила в дом и попыталась захлопнуть дверь у себя за спиной, но, споткнувшись, упала на пол, словно мешок с тряпьем.

Дверь, однако, не захлопнулась, натолкнувшись на ногу, которую вовремя просунул в щель Самюэль Крент. Через мгновение он уже стоял над своей перепуганной женой, заливавшейся слезами.

— Хороший прием, честное слово! — заметил Крент, он же Полуин. Тон у него был угрожающий, а не заискивающий, каким он говорил в присутствии господина Форда. — Прекрати, Мария, не строй из себя дуру.

— Кто вы? — спросила Дженни, подбегая к матери.

— Я твой отец Самюэль Крент, — объявил мужчина.

— Вы лжец… Настоящий отец Дженни — господин Уорд, — простонала госпожа Крент.

— Как я понял, теперь ее фамилия Боуринг, — весело объявил Самюэль. — Поднимайся, Мария, мне нужно с тобой серьезно поговорить.

— Я не могу встать, — пропыхтела старуха, держась пухлой рукой за ушибленный бок.

— Если вы не уйдете, я позову мужчин, и они вышвырнут вас отсюда! — объявила Дженни, пытаясь изобразить на своем милом личике грозное выражение.

— Так-то ты, девочка, приветствуешь отца?

— Вы мне не отец, а я вам не девочка! — сердито ответила ему девушка. — Обращайтесь ко мне уважительно, я миссис Боуринг.

— Ах, миссис Боуринг, — иронично поклонился Крент.