Коронованный череп

Так что с удовольствием оставлю вас и господина Форда развлекать эту милую старую леди. Не сомневаюсь, вам удастся заключить сделку к пользе бедного сэра Ганнибала.

— Будьте уверены, когда мой отец вернется, на его репутации не будет ни единого пятнышка.

— И, вернувшись, тут же женится на авантюристке.

— Если захочет, — неожиданно ответила Дерика. — Боюсь, я и в самом деле была слишком строга к мисс

Стреттон. Возможно, если бы я знала ее лучше, то относилась к ней намного любезнее.

— Сомневаюсь, моя милая, — мрачно заметила мисс Лавиния и уже у самой двери добавила: — Вы и мисс Стреттон — сильные, деловые женщины. Вам не ужиться вместе. А вам, господин Форд, точно так же, как сэру Ганнибалу, в жизни отведена роль подкаблучника.

Когда старая дева вышла из комнаты, Дерика с сожалением повернулась к Освальду:

— Видишь, как мне достается за то, что я взялась нести бремя семьи Тревик.

— Ничего, дорогая. Только не принимай все это близко к сердцу, — ласково сказал он. — Когда ты станешь моей женой, то сможешь переложить его на мои плечи.

— Ты же не считаешь меня неженственной? — жалобно спросила девушка.

— Милая моя, во всем свете нет девушки прекраснее и умнее. Я вовсе не считаю, что настоящие девушки должны быть слабыми и беспомощными, словно старомодные дамы, как хотелось бы твоей тетушке. Жеманные девицы викторианской эпохи ушли в прошлое, Дерика. Современные девушки лучше приспособлены для того, чтобы быть товарищами мужчинам, чем их бабушки. Я бы не влюбился в беспомощную, романтически настроенную особу, которая все свое свободное время лежала бы на диване.

— Мне кажется, — проговорила Дерика, едва сдерживая улыбку, — что наш брак будет чем-то вроде партнерства.

— Это будет своего рода товарищество, — быстро подтвердил Форд. — Дружба, которая будет прекраснее, чем романтическая любовь. Я не презираю любовь, моя дорогая. И все же для нашего союза понадобится более прочная основа, чем простая страсть. Мы должны смешать прозу и поэзию в нашей семейной жизни.

— Семья начала двадцатого века, — засмеялась Дерика, приятно удивленная рассуждениями своего жениха. Казалось, она готова была продолжать разговор, но тут лакей объявил о прибытии госпожи Крент и, с согласия Дерики, пропустил гостью в комнату, прикрыв за ней двери.

Та была одета пышно, хотя и совершенно нелепо. Мария Крент все еще носила черное платье, безвкусный платок, серебряные украшения и лиловые перчатки. Красное лицо обрамляли желтые волосы, увенчанные некогда модным чепцом. В целом гостья выглядела редкостной чудачкой.

— Какой вечер! — хриплым голосом объявила она, без приглашения опускаясь в кресло. — Когда я выехала сюда из Гранджа, шел сильный дождь.