БЕСсильный чемпион. Том 7

На лету оно дробится на еще десяток пылющих комет. Огненные струи в бессилии соскальзывают с Огнеупора, а я продолжаю наступать по печеным углям, в которые превратилась глина.

Вирт пытается отступить, но я уже близко. Вспыхивают Когти. Снопы молний взрывают землю вокруг бриташки, не трогая его самого. На плечо Вирта падает моя рука.

— НА.КОЛЕНИ.

Он бахается, обессиленный, и смотрит вверх неверящим взглядом. Ноги резко перестали слушаться? Бывает.

— КТО. ГОВОРИЛ. О ЧЕСТИ? — указываю Когтями на штаны лорда. Темное пятно медленно, но верно разрастается на ткани. — КТО. ГОВОРИЛ. О. ДОСТОИНСТВЕ?

Из глаз рыжего брызгают слезы. Титаник протек еще и в верхней палубе.

— Сука, — рычит он, сжимая кулаки и пытаясь совладать с собой. — Я всегда всего боялся. Боялся, но шел на бой. А сейчас не могу даже подняться. Почему?

Стоя на коленях, лорд Вирт хрипит от ненависти и презрения к самому себе. А я смотрю на его мучения, смотрю, как доблестный рыцарь спускает себе в штаны.

Почему-то вдруг вспоминаю о милосердии, о соразмерности наказания, думаю еще, что для меня это нетипично, я же не гиперэстетик какой-нибудь, а человек действия.

— СДАВАЙСЯ, — хмыкаю. — С. ЧЕСТЬЮ. ТЕБЕ. ДАЖЕ. НЕ. ПРОИГРАТЬ.

Вирт еще пытается бороться с собой. Но мы уже оба поняли — он трус. Люди разные. Кто-то смелый и отбитый на всю голову, а кто-то наоборот. Бывает, что человек может всю жизнь прыгать на амбразуры, но себя не удается переделать, как бы ни старался. Да, когда нужно, и такой может, наперекор заячьей натуре, пойти защищать Родину от фашистов, любимую женщину от хулиганов или соседку от колотящего по пьяни мужа. Но он все равно будет бояться. Вот и лорд Вирт боится Яки. Дорос до Полковоя, добился высокого звания, а, стоило дыхнуть псих-волной, размяк.

Я тычу Когтем рыжему в бледную щеку. На коже выступает красная капля, и лорд испуганно блеет:

— Сдаюсь."

"— Победитель поединка — князь Бесонов, — провозглашает дожидавшийся исхода боя Стивенсон. — Леди и сэры, все возвращаемся в шатер завершить собрание. И Бог свидетель, я больше не потерплю дуэльных вызовов до самого конца совещания!

Сказал, как отрезал. Толпа офицеров, бурно переговариваясь и бросая на меня уважительные взгляды, потекла назад.

Вирт вытирает каплю с лица, смотрит на красную мазню на пальцах и рычит:

— Мог хотя бы нормальную рану нанести.

— Русские проливают лишь ту кровь, что должна быть пролита, — отворачиваюсь от лорда и двигаюсь с пепелища навстречу Аяно. Там же и Дмитрий стоит, о чем-то с ней разговаривая.

Японка сдержанно улыбается графу, кивнув на меня.

— Сами и спросите Артема.

— О чем? — смотрю выжидательно на блондина.

— Красиво выступил, — делает комплимент Дмитрий.