БЕСсильный чемпион

Когда оба поднимаемся, Белоснежка сдувает серебристую прядь с лица и смотрит на бугор в моих штанах. Ее глаза раскрываются на поллица, бледные щеки вспыхивают. Да-да, заразила садизмом, а теперь ни при чем? Неси ответственность!

Княжна облизывается и снова бросается в бой. Замечаю изменения: ее движения более порывистые и необдуманные, глаза будто подернулись мутной пленкой, а губы шепчут одно и то же слово. Какое только – не пойму.

И мне самому не хочется отпускать ее горячее тело. Даже когда машет локтем мне в лицо, ускользаю, но хоть кончиками пальцами да касаюсь ее, не отрываясь. Словно приклеенный. Пипец неудобно, зато кайфово.

– Мой, – наконец слово из ее уст становится различимым. – Мой…

– Кто мой?

Неожиданно она падает на меня, ее доспех моментально гаснет, будто Белоснежку разом покинули все силы. С замутненным взором она продолжает тянуть на пол. Я не сопротивляюсь.

– Мой… мой грязный простолюдин. – У меня уши вдруг краснеют от ее слов.

А может, от того, что Белоснежка оседлала мой торс и жадно трется промежностью о рубильник у меня между ног. Даже не знаю.

– Мой… подлый… мерзкий… смерд. – Блин, ну что еще за реплики? Нет ничего поласковее?

Потеряв все тормоза, Белоснежка резко скачет по мне и томным голосом обзывает люмпеном, плебеем, снова смердом. Ну а я тем временем, чтобы не скучать, лапаю ее за сиськи."

"– Тебе хорошо? – интересуюсь между жамканьем мягких буферов.

– Рррр… Ненавижу, – буквально стонет она мне в ухо и кусает его.

– Полегче, – сжимаю Белоснежку за бедра, и самого торкает так сильно, что обнимаю ее талию, дурея от близости. Избавить бы сексуальное тело от всей экипировки, да уже пора. Или еще есть время? Ведь дело пары секунд: спустить с нее и себя штаны, сдвинуть ее трусики и войти на всю длину.

Соблазн велик, но удерживаюсь. Хотя княжна, похоже, не против. Белоснежку аж выгибает в пояснице, губы приоткрываются, глаза закатываются от удовольствия. Громко стонет. А потом сказка кончается.

– П-простолюдин! – спрыгивает Света с меня и несется к выходу. Но вскрикнув, вытягивает вперед руки и, шагнув в проломанный пол, подворачивает ногу.

Я уже вскочил и успеваю подхватить княжну под локоть.

– Чего испугалась-то? Позы «Наездница»? – усадив на пол, расшнуровываю ботинок и снимаю его.

– Твоего похотливого лица, – мычит она. – Больно…

Осматриваю лодыжку.

– Вывих серьезный, сама не дойдешь, – гляжу на браслет. Наша команда победила, но не без потерь – три черных крестика помутнели. Красные же все блеклые, кроме Белоснежкиного. Но вот она побежденная сидит, и даже теперь раненая. – Игра закончилась. Пойду-ка я, заодно скажу тренеру – он к тебе санитаров отправит.

– Стой, – ее рука крепко хватает меня за плечо. – Пока они найдут нужный сруб, час пройдет.