Больше, чем ничего

— Я недавно начала встречаться с Жан-Полем, — уже это сестра сказала так, будто выиграла минимум миллион в лотерею, из-за чего теперь считала, что стоит на вершине мире.

А меня передернуло и я, не сдержавшись, скривилась. Жан-Поль был самым ублюдочным козлом в компании Астора.

— Твой парень избил его и я тебе этого никогда не прощу, — Кларис стиснула зубы. Вообще, создавалось ощущение, что она желала, чтобы я или боялась её, или чувствовала вину от того, что из-за меня пострадал ее парень. Вот только, ничего подобного во мне не было.

— Да мне плевать, — холодно ответила. — Лучше бы нашей маме помогла, чем звонить мне и нести какую-то чушь. Ты ведь знаешь, кто к ней приходил?

Это единственная причина, по которой я ещё не отключила звонок. Если Кларис знала что-то, мне хотелось это выведать.

— Ну, знаю. И что? А ты сама разве не догадываешься? Это наш с тобой папочка постарался. Кое-кому задолжал и сказал, что в ответ они могут взять деньги с пекарни.

— Папа вернулся в город? — у меня ладонь дрогнула от того, с какой силой я сжала телефон. Вот на это я вообще не могла нормально реагировать. Шрамы на ключицах тут же заныли."

"— Ага, — Кларис фыркнула. — Он и к маме приходил. Опять пытался выгнать её с квартиры. Продать ее и поиметь с этого денег, чтобы расплатиться за долги. Мама отказалась и вызвала полицию. Вот папа и натравил тех людей на ее пекарню. Думаю, они и квартиру со временем отожмут. Ну, чтобы наверняка.

— Кому папа задолжал? — я поднялась на ноги и начала расхаживать по комнате. И квартира и пекарня целиком и полностью принадлежали маме. Папа к ним никакого отношения не имел и ими распоряжаться не мог. Но что-то я сомневалась в том, что для тех амбалов это имело хоть какое-то значение.

— Знаю, но не скажу, — мне показалось, что Кларис усмехнулась. — Пришла бы сегодня в кофейню и узнала бы все. Но момент упущен. Нужно было сразу слушаться меня.

— То есть, тебе плевать на ту ситуацию, в которой оказалась мама? — у меня в груди все раз за разом переворачивалось. Была бы Кларис рядом, я бы ее ударила.

— Я не просила меня рожать и я никому и ничем не обязана. А весь этот бред меня уже порядком достал. Я говорила маме, чтобы она продала квартиру. Часть суммы отдала отцу, мне и себе бы оставила. Ей бы хватило денег, чтобы купить какую-нибудь комнату. Зачем пожилой, одинокой женщине больше? Но, нет, она отказалась. Теперь те люди отберут все. А потому, что нужно было меня слушать. Не сделала этого? Так пусть сама разбирается со своими проблемами.

Закрыв глаза, я подняла руку и потерла веки большим и указательным пальцем. Я уже давно перестала искать в Кларис что-то хорошее. После того случая на смотровой площадке, в этом отпала нужда. Теперь настало время открывать для себя то, насколько сестра мерзкий человек.