Больше, чем ничего

— Нет никаких причин, — Дар-Мортер лишь на мгновение отстранился, затем вновь поцеловал. Глубоко. Проникая языком в мой рот. — Ты моя женщина и я буду тебя трахать, — он с силой сжал мою попу. — Кроме меня у тебя больше никого не будет."

"Сердце билось так, что его барабанная дробь гулом отдавалась в ушах и я толком не расслышала слова Этьена. В мое вспыхнувшее сознание врезались лишь обрывки фраз, от которых по коже скользнул царапающий холодок. Но это лишь на интуитивном уровне. А все это значительно проигрывало перед мощными, надрывными ощущениями от его поцелуев. Сразу жестких настолько, что я дышать не могла. Но постепенно они становились мягче. Моментами даже невесомее, но все так же находящими за гранью всего, чего только можно. Или даже хуже. Я ведь не могла понять дышала ли вообще. Осознавала лишь то, что кислорода мне точно не хватало.

И уже эти поцелуи были бесконечными. Рассыпающимися по моей шее и лицу. Впивающимися в губы. Доводящими до состояния полного помутнения и лихорадки. И я уже реальность не ощущала. Только Дар-Мортера.

Этьен отстранился и между нашими лицами возникло около двадцати сантиметров расстояния. Из-за темноты толком не разобрать, но его тяжелое, рваное дыхание я ощущала отлично. Как и свое гулко бьющееся сердце.

Крупная дрожь прошла по телу и я вновь поднесла бокал к губам, жадно допивая остатки вина. И оказалось, что мне этого слишком мало.

— Хочу ещё вина, — произнесла на выдохе.

— Нет, ты нужна мне трезвой, — Дар-Мортер забрал у меня бокал и поставил его на пол. Из-за этого ему пришлось наклониться вперед, а мне, поскольку я была прижата к нему — назад. Боясь упасть, я растерянно, сильнее обняла Этьена за плечо, чувствуя, что моя грудь еле ощутимо скользнула по его торсу. Слишком явное движение. Даже сквозь ткань одежды и моего лифчика, это было слишком мощно. Грудь стала чересчур чувствительной и находиться в одежде уже было настоящей пыткой. Привычная, удобная ткань будто царапала кожу. Но куда хуже то, насколько сильно тянуло внизу живота. И это ощущение только нарастало. Становилось невыносимым.

— Я… не просто так сказала, что нам не стоит заниматься чем-то таким, — несколько раз моргнув, я сделала глубокий, нервный вдох. — Сейчас же все хорошо и… мне с тобой комфортно, — захотелось прикусить язык, но все же я продолжила: — У нас могут быть хорошие дружеские отношения, а чем-то таким… мы можем все испортить.

— Дружеские отношения? — даже в полной темноте мне показалось, что на лице Этьена отобразилось то, что я видеть не хотелось бы. Во всяком случае, от его голоса у меня кожу царапнуло. — Нет, меня не устраивают отношения такого типа.

Вновь сжав ладонями мою талию, он приподнял меня. Заставил поерзать попой на возбужденном, твердом члене.