Человек в чужой форме

Согласен?

Колька неопределенно буркнул.

— Когда нацисты пришли к власти, они запретили евреям выезд из страны. Но тысяча марок — и пожалуйста, на все четыре стороны. Это взятка или как?

— Я не знаю, — честно признал Пожарский, — вроде бы взятка, но…"

"— …иного выхода нет? Ты это хотел сказать, ведь так?

— Да, — угрюмо буркнул парень, — вы правы. И что же, по-вашему, надо нарсудье дать на лапу, раз иного выхода нет?

Максим Максимович сильно удивился:

— Эк как тебя развернуло и подбросило. В твоем случае-то как раз есть выход. Ты, кстати, про Шекспира слыхал?

— Ну да, Гамлет и все такое.

— Есть у него, Шекспира то есть, очень умная мысль: мудрые люди никогда не сидят и не оплакивают свои потери, а бодро ищут пути возмещения ущерба. Так что живи честно, учись, а я уж похлопочу, подумаю, как пристроить тебя сюда, раз уж есть такая возможность и от меня твое счастье зависит.

Колька ушам своим не поверил, глянул — не шутит ли?

Нет, лицо у Кузнецова было серьезным, жестким, темные глаза смотрели прямо, испытующе, как будто спрашивал он парня: поймет ли правильно? Осознает ли?

Колька не то что осознал, не то что понял, его захлестнула такая волна невероятного, воскрешающего счастья, восторга, преклонения, благодарности — казалось, скажи сейчас этот человек: встань и прыгни с крыши, и пошел бы, и прыгнул, и с песней! Максим Максимович улыбнулся по-доброму, удивительной своей улыбкой, и как замечательно собираются у него эти солнечные морщинки у глаз.

— Отставить веселье, — с показной строгостью предписал он, посерьезнев, — сейчас помоги Якову снег почистить. А после этого пойдем со мной, покажу, как машину с места стронуть. Товарищу Константинеру она сегодня более не понадобится.

— Не дергайся. Включай первую, к себе и вниз, вторая — от себя и еще раз от себя. Не топчись по педалям. Тверже держи руль.

Подчиняясь спокойным, четким указаниям, Колька вполне самостоятельно выехал во двор, сделал аж три круга и на радостях чуть не запамятовал рассказать про встречу на платформе.

— Максим Максимович, мне тут один товарищ в штатском фото той женщины показывал, которая тогда, у «Летчика-испытателя», помните? Когда вы нас отправили за участковым.

— Да, помню, конечно, — рассеянно подтвердил Кузнецов, — плавнее в поворот входи, снижая скорость.

— Вот он мне ее фотографию показал и спросил, видел ли я ее.

— Переключайся теперь на повышенную… ну а ты?

— Сказал, что не видел.

— Правильно сделал, — одобрил Максим Максимович, — кто он такой — бог весть.

Набравшись храбрости, Колька спросил:

— А она кто?

— Включай поворотник, плавнее, пожалуйста. Тут небольшой подъем, переходи на низшую передачу. Не перегазовывай. Стоп, приехали. Туши фары, кнопка под левой ногой.