Человек в чужой форме

"

"«Надо же, как много зависит от транслятора мысли, — усмехнулся он криво, — Палыч дело говорит — ты ершишься, как еж, Максимыч гонит пургу — уши развесил и внимаешь. Вот если бы тогда, скажем, кто другой распорядился — сгоняйте до отделения, а эту я с собой утащу, ты бы что сказал? Скорей, послал бы Ольгу «ноль-два» набирать. А вот глянулся человек с первого взгляда — и готово дело».

В этот момент он налетел на резко остановившегося Анчутку и очнулся:

— Что, пришли?

— Вроде бы. — Яшка с сомнением водил острым носом, оглядываясь.

Они давно сошли с дороги, ведущей к платформе, и брели, утопая в снегу, по нехоженым тропам. Сзади — поле, потом дорога и «Летчик-испытатель», как раз на Нестерова, спереди — полоса леса, за нею уже шло железнодорожное полотно.

— Ну и занесло вас.

— Тут вдоль железяки натоптана тропа, вот она, — указал Яшка, — фу, нашел…

— Эх ты, беспризорник, — подтрунил приятель, — в родных лесах заблудился.

— В лесу-то проще… темно ж было, понимаешь. Погоди, я сейчас, — уловив Колькин настороженный взгляд, Анчутка заверил: — Да не сбегу. Что я, совсем скаженный?

— Не знаю, не знаю… нет тебе особо веры.

Яшка, покраснев, проглотил пилюлю без звука, со смирением пояснил:

— Я когда рванул тогда, налетел на ветку такую, низкую… ща.

Отойдя на пару сотен метров, промерил шагами одному ему известные маршруты, попетлял, как заяц, вернулся и решительно заявил:

— Вот тут.

Колька огляделся. Ничего, укромный уголок, по всему судя, использовавшийся для уединенных и коллективных попоек, после смены представлял собой два поваленных бревна в окружении кустов, на довольно большом отдалении от хоженых троп.

До платформы неблизко, случайно вряд ли кто набредет, не помешает, а до самой железной дороги пусть и всего метров сто, но густо заросшие ивой. Стало быть, и с поезда особо не разглядишь, что тут творится.

— И вот я такой иду с бутылочкой, — объяснял Анчутка, сопровождая действо пантомимой, — никого не трогаю, а он такой — ра-а-аз!

Яшка, подцепив Колькину шею сгибом локтя, дернул на себя.

— И что, прямо в глотку вцепился? — недоверчиво уточнил Колька, освобождаясь.

Анчутка почесал в затылке:

— Ну он ее так раз, за волосы ухватил, на себя дернул — и в шею. А уж совсем перегрыз или так, надкусил — это я не видел.

— И стоял он вот тут?

— Не видел я, — повторил Анчутка, — темно было. Наверное, ближе вот к этому кусту, потому как его не целиком видно было.

— И что же, не кричала?

— И не пикнула. Вроде бы хлопнуло что-то пару раз, но мимо состав шел, грохотало.

— Ох-хо-хо, — тоскливо протянул Пожарский.

Место-то какое приятное, посидеть тут с бутылочкой-другой, погреться и попить.