Человек с топором

 – Если у меня вон какие пузыри по всей коже, то что другим?

Олег посмотрел, предположил:

– Это комары накусали.

– Меня? – изумился Мрак. – Комары?

– Ну тогда какая-то сыпь, – сказал Олег брезгливо. – Не заразная, надеюсь?..

На третий день в этом уютном домике Олег ощутил, что хотя вглубь пока не удается сделать ни шага, но перестраивается все с большей легкостью, а частое повторение одних и тех же действий перевело их в стадию рефлексов. Правда, потреблял энергии чудовищно много, и, чтобы не привлекать внимания, выел в бункере, отдыхая, половину бетонного пола. Конечно, когда поднимались на обед и ужин, ел с ножом и вилкой, пользовался салфеткой, похваливал кулинарные таланты прекрасной хозяйки, хотя, если честно, готовила старательно, но неумело, чересчур артистичная душа. Мрак натужно улыбался, посматривал на друга ревниво и предостерегающе.

Через неделю у него, Мрака, начал получаться устойчивый переход на кремнийорганику, а еще через два смог полчаса просуществовать на металлической основе. Потом что-то не так подумал, и паника вышвырнула его обратно в человеческое тело, такое слабое, беспомощное, жалкое в сравнении с той гремящей мощью, что только что ощущал во всем теле.

Мрак задыхался, всхлипывал от пережитого ужаса, а когда оклемался, признался дрожащим голосом:

– Если честно… то в самом деле большего страха не знал! Не всякий представит себя даже из костей и мяса, хотя ежедневно видит в зеркале. Вот мальчишка из соседнего дома отказался ходить на балет и вообще впал в депрессию, когда с ужасом узнал, что балерины тоже какают, как и дворники. У меня, честно, тоже была депрессия… не смейся, гад, это ты виноват!.. когда я впервые о щ у т и л, что я весь из атомов. Из таких же точно, что и мебель в доме. Или земля под ногами. Я тогда тебе не признался, но… Да знаю, что ты все равно догадался! Но я все-таки не признался, попер дальше. Но всякий раз дрожь берет, когда понимаю: всего-то разницы между мною и землей под ногами – что атомы сцепились чуть-чуть по-другому. И сцепись иначе – был бы не я, а, скажем, табуретка.

Олег слушал, кивал сочувствующе.

– Табуретка, – сказал он кротко, – это тоже хорошо.

– Чего? – прорычал Мрак.

– Говорю, табуретка, а не… ладно, смолчу. А вот мне было гадко, когда я ощутил, что эти атомы, о которых ты с таким… гм, неудовольствием, висят в пустоте, один от другого на расстоянии подальше, чем муха с кремлевской башни от мухи с Эмпайр-Стейт-Билдинга. А я весь в основном пустота… Внутри меня – космос. Атомы один от другого, мои атомы! – на звездных расстояниях.

Мрак дернулся, побледнел. У него вид был такой, что сейчас сотворит крестное знамение.

– Еще и такое представлять?.. Нет, у меня нервы не настолько железные.

– Укрепи, – посоветовал Олег мягко. – Без этого не получится.