Человек с топором

Мир – иллюзия, которую мы видим добровольно, а настоящую картину стараемся не зреть… Давно в мир вошли такие понятия… ты уж постарался! – как наука, техника, но люди все еще, как и тысячи лет тому, хотят свой мир ведьм, оборотней, привидений, полтергейста, бермудских треугольников, пришельцев! Косяками прут к знахарям, минуя врачей, верят в привороты, заговоры, шаманов, некие тайные силы, хотя теперь все это сменила наука, врачи… Да ты почитай газеты! Особенно где объявления об услугах. Мы ведь тоже с тобой стараемся многие вещи не видеть! Нет, не так: предпочитаем видеть их в тех личинах, которые нам… выносимее. Нет такого слова? Тогда – комфортнее, если это слово может быть антитезой невыносимого.

– Ну, вот и я так… Куда ты закинул бутылку?.. Куда ты… Я ж не могу сейчас…

– Ты знаешь, – сказал Мрак настойчиво, – каким мир представляется этим людям, что живут вокруг нас. Мы видели, как в их представлении тот прошлый мир менялся в зависимости от вер, обычаев, даже моды. Вон даже такое простое понятие, как татаро-монгольское иго, что многие поколения проходили в школах, в нынешнем уже вызывает споры: в самом ли деле триста лет, было ли вообще, были ли татаро-монголы вовсе, а не была эта Золотая Орда просто неким русским княжеством?

Олег хмыкнул, Мрак ощутил, что задел некую струнку, он слышал о похождениях Олега в ту эпоху, волхв как раз не то вышел из очередной спячки, не то вернулся из дальних странствий, сил нерастраченных много, дурь тоже накопилась, надо бы как-то расспросить на досуге…

– Прими мир таким, какой он есть, – сказал он с жаром. – Нет, это не смогу даже я, но все-таки не заглядывай слишком далеко. И не видь… все что видится! Я тоже знаю, что теперь мы летим сквозь мертвый и холодный космос на крохотном глиняном шарике со скоростью пули, что температура вокруг – минус 273 по Цельсию, что все это когда-то рухнет… но я загнал это видение в самый дальний угол и даже дверь не запер, оно само страшится высунуть нос! И вот я сыт, пьян, доволен, не сжимаюсь в ужасе. Мир надо двигать по шажкам, Олег!.. И самим двигаться, как улитки.

Олег прохрипел:

– Но что делать, если я вижу…

– Не видь! – велел Мрак. – Не видь, и все. Видь то, что видел раньше. Да не смотри ты на меня так!.. Я – Мрак. Видь то, что видел всегда. Видь толстого и лохматого, волосатого, грубого, который все еще жрет сырое мясо… хотя предпочитает жареное, с аджикой, с лучком и дольками чесночка…

В глазах Олега что-то мелькнуло. Настолько мимолетное, что другой бы не заметил, но Мрак с его звериной реакцией поймал сразу, усилил нажим:

– Не видь! Встань, мне нужна твоя помощь. А то, что ты зришь все время сейчас… я ж по глазам вижу…

Плечи Олега зябко передернулись.

– Людям этого просто нельзя видеть! Пока еще нельзя.