Человек с двойным лицом

Как снимешь часовых, подрывайте танки, и вместе – гранатная атака палатки экипажей и сразу же – отход.

Старшина кивнул:

– Будет сделано, товарищ капитан. Хлопцы, – он повернулся к бойцам, – готовьте РПГ и держите при себе Ф-1.

Он проинструктировал бойцов, и группа ликвидации поползла к танкам. В трех метрах бойцы, готовые к метанию гранат, остановились, старшина пополз дальше один. Ни Шелестов, ни Бойко, ни Васильев не слышали, как Кубарь перерезал часовым горло – старшина знал свое дело. Он показался у самой палатки, подал знак рукой. К первому и второму танку полетели гранаты.

Прогремели взрывы, два Т-3 занялись огнем – разведчики бросили гранаты в моторные отсеки. И тут же атаковали палатку. От трех мощных разрывов сорвало брезент, рассыпался каркас. Танкисты так и не смогли выскочить из спальных мешков. Послышались истошные вопли, в темное небо взметнулся густой дым.

Васильев крикнул:

– А теперь, мужики, бегом до минометного взвода! Он прямо перед нами, внимание флангу второй роты. Готовность открыть огонь по противнику. Вперед!

Шелестов промолчал. По субординации приказывать должен был он. Но Васильев хорошо знал, как выходить за линию фронта, поэтому майор не стал вмешиваться. Он обернулся к своим подчиненным:

– Буторин, Коган, Сосновский – прикрывать Маханова, без моей команды в бой не вступать.

Подразделение прорыва бросилось к позициям минометного взвода.

Суета, которая возникла после неожиданного нападения на танковую роту, позволила подразделению обойти фланг второго эшелона, где только что объявили тревогу, и сблизиться с позицией минометного взвода первой роты. Но минометчики, поднятые по тревоге, уже бежали к минометам.

Разведгруппа с ходу открыла огонь из ППШ. Немцы залегли, раздались крики – кого-то задели. Это не помешало немцам открыть ответный огонь. Впереди упал один из разведчиков. Старшина крикнул:

– Витя, Юра, хватайте Андрюху, тащите на позицию.

Васильев обернулся к Бойко:

– Отделению – обстреливать немцев.

Ударили два «Дегтяря». Под их огнем оставшиеся в живых минометчики вести огонь не могли. Подразделение с одним раненым ворвалось на позиции. Это были небольшие углубления с брустверами, внутри три пятидесятимиллиметровых миномета. Место для обороны не совсем пригодное. Но другого не было.

Шелестов подал команду:

– В круговую оборону! Бойцам отделения осмотреть минометы, если возможно – огонь по траншее первой роты. Отдельно смотреть за флангом соседней роты, группе – к южному брустверу. При появлении противника, огонь!

Бойцы разбежались. Вскоре ахнули минометы. Три мины полетели в сторону немцев.

Бойко крикнул:"

"– Майор, от второй роты в цепь разворачиваются до двадцати фрицев.

– Взвод, залп! Отделению – огонь по взводу.