Человек хотел добра

— Долго будете задерживать? — сердито спросила она. — Надо бы понять, что и мы отдыхать хотим.

Но дядя Ваня остался непреклонен:

— Не уговаривайте. Пусть за него голосуют другие.

— Это вы про кого? — подозрительно спросила девушка.

— Алешку Уткина, героя вашего! Вот про кого.

— Гражданин Филосопов! Во-первых, товарищ Уткин ваш кандидат. Вы его выдвигали? Во-вторых, если так желаете, ваша воля, вычеркивайте его. Все равно ваше мнение не сыграет роли.

Лучше бы не говорить ей этого. Говорят, умен, кто сначала подумает, а потом промолчит.

— Не сыграет! — возмутился дядя Ваня. — Вот еще как, я извиняюсь! Можете идти, Филосопов с вами разговаривать не хочет.

Я уж думал, этим все и кончится, она обидится и уйдет. Да не тут-то было, плохо еще дядя Ваня знает людей.

Девушка приблизила к нему свое раскрасневшееся лицо и почти прошептала:

— Запомните! Не быть по-вашему.

Дядя Ваня только руками развел. Он, наверно, и сам залюбовался ею, потому что глаза его заблестели, на лице появилась добрая ухмылка. Но вдруг он прижал руки к груди и заохал:

— Проклятое сердце!.. С чего так… Ох, душит, не могу…

— Пить не надо, — безжалостно вставила девушка.

— Ваша правда, не надо… Да что же это такое! Ох, черт возьми!..

Теперь девушка перепугалась. Она кивнула мне:

— Мальчик, дай воды! Живей!

Воды в комнате не оказалось. Схватив кружку, я бросился в коридор к крану и там столкнулся с бабушкой Анной и Марьей Голубиной. Они направлялись к дяде Ване. Видно, бабушка Анна захотела переполошить весь поселок.

Когда я возвратился, увидел такую картину. Тетка Марья стояла перед дядей Ваней и ругалась на чем свет стоит. Тот виновато моргал и пытался спорить:

— Можешь не принимать всерьез. Только против воли я не пойду. И у меня есть на это право…

— Меня то интересует, — с укором говорила тетка Марья, — почему ты, как рыба, молчал при обсуждении? Кого боялся? Всегда отмалчивался, когда не надо, а потом разговоры по сторонам. Если твоя критика верная, разобрались бы… Отсталыми настроениями живешь Иван Матвеевич.

— Сплошной пережиток, — подтвердил дядя Ваня.

Я поднес ему кружку, но он отстранил ее рукой.

— Уж от кого другого, но от тебя, Иван Матвеевич, не ожидала. Ты же серьезный человек! Говорю я с тобой не как доверенное лицо выдвинутого кандидата… Мы с тобой не один год вместе работаем.

— Хватит Марья, — смущенно увещевал ее дядя Ваня. — Хотел созоровать. Пусть останется между нами.

— Эх, Иван Матвеевич! — с сердцем сказала тетка Марья. Махнула рукой и направилась к двери. Дядя Ваня тоже стал одеваться.

— Бывают же такие люди — все чем-нибудь недовольны. Посыпься манна с неба и то скажут — не густо. Выдвинули хорошего человека кандидатом — и опять не так.

Я сразу вспомнил, как у нас рассказывали про одну женщину.