Человек хотел добра

Оглушает свисток, грохочут по асфальту колеса. Минька правит прямо на Олега, кричит:

Олег пятится, но от машины не отводит глаз. Она ему очень понравилась.

— Пойдем, Олежка, — зовет мать.

— Что ты, Олежка! Куда его ставить будем? Да и зачем он тебе?

Но не таков Олег, требовать он умеет.

— Купи! — кричит он и топает ногой.

— Хорошо, хорошо, — торопливо соглашается мать. — Спроси, сколько они хотят.

— Сколько вы хотите? — спрашивает Олег.

Минька и Павлик переглядываются. Они бы сказали: сколько дашь, но знают, что Олег жадный, обманет.

— Нам надо столько денег, чтобы купить велосипед.

— Они с ума сошли! — ужасается мать Олега. — Пойдем отсюда!

В толпе смеются. Но теперь уже смеются не над «коммерсантами», а над Кусариковыми, потому что Олег топает ногами и ревет, он ни за что не хочет уходить.

— Хорошо! — сдается Олегова мать. — Предложи им половинную цену и пусть везут к нам домой.

— Не отдавайте, ребята, — опять вмешивается гражданин в кепке. — Вы же настоящие конструкторы! И зачем вам деньги понадобились?

— Деньги нам на велосипед нужны, — поясняет Минька.

— Не в обиду будь сказано, но вы в самом деле, братцы, дураками выглядите! — взрывается гражданин. — Машину на велосипед хотят сменять! — обращается он к людям. — Скажите вы об этом где-нибудь в другом месте — засмеют, ей-ей засмеют.

А Олег ревет. И мать брезгливо говорит:

— Хорошо. Пусть едут за нами. Я покупаю.

Олег прыгает от радости.

— Вылезайте! — кричит он. — Покупаем! Мой теперь автомобиль! Ну, живей вылезайте!

У ребят темнеют лица. Им жалко расставаться с машиной: столько времени делали, а тут еще он со своими поддразниваниями.

— Долго вас просить! — злится Олег.

Минька в упор смотрит на него.

— Просить совсем не надо. Уходи отсюда! Сами будем кататься. Велосипед нам и без твоих денег купят.

Автомобиль круто разворачивается.

На краю деревни стоят друг против друга два дома. В одном живет колхозный кузнец, во втором агроном. И у них ребятишки: Санька и Вадим. Саньке еще нет и шести лет. Когда он наденет на себя пальто, ушанку с кожаным верхом и старые отцовские валенки, разбитые и огромные, то становится круглым, как мячик. Вадим побольше, ему уже семь лет. Одевается он получше: все у него на свой рост.

Летом они купаются, в лес ходят. А зимой скучно. Мороз, хоть на улицу не показывайся. А если даже когда и тепло, все равно долго не нагуляешь: сбегают к Санькиному отцу в кузницу, покидаются снежками с ребятами из детского дома, которые ходят сюда в школу, — и делать нечего. Не было лыж — думали: «Эх, с горы бы покататься!» А как съездил отец Вадима в город, купил там обоим лыжи, кататься сразу расхотелось.

Хорошо, хоть Вадим выдумывать умеет. Все веселее. Раз он пошептал что-то Саньке, а потом они пошли на чердак и спрятались там.