Человек из Пекла. Книга 3

Их тела и энергетику терзало и рвало существо, которое они называли Богом…

В это же время тот назойливый шелест вдруг перерос в звук тысяч бьющихся стёкол! Купол исчез! Сразу же задуло ветром от смешения двух сред.

Со скреббером происходило нечто непонятное. Медоед наблюдал перерождение Чёрного, израненного, ослабшего от сотен лет непрекращающейся пытки Иного в Серого. Дима буквально сам ощущал всю боль, всё, что происходило с Иным. Скреббер за несколько секунд "выпил" и чужаков и десятки заражённых вокруг.

Сейчас оно уже представляло собой серебристую аморфную пульсирующую массу, "желе". Спустя мгновение существо выстрелило во все стороны десятками ложноножек или тонких щупалец. Заражённые, в кого попадали эти отростки, начинали корчиться, хрипеть, падать на землю. Ещё спустя какие-то секунды, их тела стали быстро "оплывать", словно их что-то растворяло изнутри.

Сама тварь между тем становилось будто меньше размером и Дима с ужасом понял, оно "разделяется"! Каждый отросток, это отдельный организм, подчинённый единому разуму-рою.

Более того, на месте "растворенных" тварей набухали отливающие серебром крупные "капли". И вот уже они выстрелили двумя-тремя отростками в самых ближайших тварей! И так далее… заражённые даже не пытались убежать, их корчило тяжелейшим ментальным прессом.

Оно размножается… это чёртов вирус, пришла страшная мысль Медоеду. Он обернулся на своих. Отец стоял на полусогнутых и дрожал всем телом, а позади него корчило друзей. Аспирин не выдержал, не будь он так сильно ранен, остался бы жив… Горец же сражался с нарастающим "давлением", пот лился ручьями, вены на лице и шее вздулись, готовые лопнуть.

Одна лишь Анжелика металась от одного к другому, не зная, чем помочь, рыдая, видя как умирают друзья и ничего не могла сделать…

"Цонг", Дима болезненно сморщился!

Порвалась струна жизни Столяра. Он тоже не выдержал из-за ранения, хоть и продержался чуть дольше. Да и остальные уже были на грани. С мамой происходило нечто странное. Дима не мог понять. Она стояла обхватив себя руками и закрыв глаза, что-то шептала. И Медоед не понимал, что. Не понимал даже с кем она говорит…

Он снова обернулся к твари. Той уже стало много! И с каждой новой "частичкой" давление немного увеличивалось.

Нет, решил Дима, своим я не дам умереть. Никто больше не умрёт. В этот же момент сознание потеряли Кумар с Лексой и Пастух. Птаха ещё каким-то образом держалась, Бесогон тоже.

— Помо… ги… — не услышал даже, почувствовал Птаху Медоед.

Сдвиг в ближайшую каплю. И не просто так, а пересекая пульсацию энергии внутри. "Капля" тут же перестала пульсировать, начала скукоживаться и чернеть, осыпаться хлопьями.

На двадцатом или больше Сдвиге, Серые, наконец, обратили на Медоеда внимание.