Человек из Пекла. Книга 3

— Назад!! — завопила отпрыгнувшая Телепортом Птаха своим, уже понимая, что Шип не успевает, ударила Туманом, дезориентирующим умением, Лис уже "отскочил" и начал "нагнетать" гравитацию, чтобы прижать монстра, но действовал Дар не моментально. А Шип уже и сам понимал, что жить ему осталось едва пару секунд, что он при всей своей колоссальной реакции и скорости не успеет отступить на безопасное расстояние. Единственное, что он сделал, расстрелял на отходе в морду твари половину магазина из автомата.

Монстр, почти слепой после применения Птахой Дара, получив довольно болезненные, но не критичные ранения, самым серьёзным из которых стала потеря глаза, отмахнулся от наглого мягкотелого своим ужасающим "протезом".

Умер Шип мгновенно. От мощнейшего удара металлического рубила рейдера разовало на две половины, верхняя почти всмятку, улетела метров на пятнадцать в сторону, нижняя пролетела чуть меньше.

Секунду спустя чудище вдруг ощутило, что его неумолимо прижимает к земле. Связки и мышцы затрещали от напряжения, а доспех, казалось, с каждой секундой весит всё больше и больше. Ещё через секунду треснули кости и тут же накрыло болью от множества травм по всему телу.

Добила ублюдка Птаха, когда Лис убрал воздействие Дара, она попросту истыкала башку монстра кинжалом.

— Ши-ип!! — рванулась она потом в сторону, куда улетели половинки её бойца. Она всё ещё не верила в его гибель. Её ухватил Лис и закричал на ухо:

— Его больше нет, Птаха!! Нет! Надо двигаться дальше!!

Рядом вдруг заревела какая-то тварь. Как оказалось, ещё один "питомец" прорвался, но его остановила уже Сойка, заключив верхнюю часть монстра в области с максимальным трением. С твари содрало кожу, мясо, пластины брони изорвало и ими же изранило и без того покалеченное тело. Добил чудище Пастух, несколькими ударами Плети превратив башку пришельца в полуобугленное месиво. Затем он тоже подскочил к всё ещё рвущейся к останкам напарника Птахе.

Медоед видел всё это словно в замедленной съёмке. Он и мир сейчас воспринимал "быстрее". В момент гибели Шипа и последующего срыва Птахи, его ударило её горем от осознания потери друга. Эмоции остальных Охотников тоже полыхали бессильной злобой, но держались они куда лучше. Но и винить за эту вспышку никак Птаху нельзя.

Что ж ты за урод такой, пришла следом мысль. У тебя было целых две секунды, чтобы влепить по твари Сдвигом. Это могло спасти Шипа. С другой стороны, если Охотники окажутся врагами, то теперь их меньше, они слабее, пришла другая, подлая мысль. А ты в это веришь? Отец… да что отец?! Твоя собственная голова где..?! Решать за себя тебе, а не ему..