Черный человек

Разговор их шел и в пси-диапазоне – цепочками образов, – и Аристарх начинал сердиться, понимая, что девушка нравится ему, но заканчивать разговор вот так, на разрыве, не хотел.

– Я никого не боюсь. Но зачем так мрачно? Можно подумать, что мы действительно больше не встретимся. Успокойся, все будет хорошо. – Аристарх подумал и добавил: – Ты очень красивая.

– Как ты добр, – улыбнулась сквозь слезы Забава, протянула ему руку: на ладони лежал браслет очень тонкой работы из зеленоватого металла с прозрачным зеленым окошечком, внутри которого плавала зеленая искорка. – Мой амулет, тебе на память.

Железовский взял браслет, зачем-то взвесил.

– Что за металл?

Боянова засмеялась, смахнула слезу с ресницы, встав на цыпочки, чмокнула гиганта в подбородок.

– Эй ты, интрасенс, кто тебя только воспитывал? Прощай…

Повернулась и пошла по ступенькам вниз, к морю, не оглядываясь. Красивая фигурка, водопад волос, танцующая походка…

– Спасибо, – пробормотал ей вслед Аристарх, ошеломленный поднявшимся в душе тарарамом. Слезы Забавы, ее чувства подействовали на него сильнее, нежели он хотел, это порождало дискомфорт и желание что-то исправить, как-то оправдаться, хотя бы и перед самим собой… Он вспомнил о давно созданных им принципах успокоения, и через несколько минут сердце заработало в прежнем ритме.

Забава уже скрылась за поворотом набережной, стук ее каблуков перестал быть слышен, и только печальная нота пси-связи все еще билась в голове Железовского, как шелест крыльев раненой птицы, но и она постепенно затихла. Тогда он спрятал подарок в карман, чтобы вспомнить о нем только через несколько лет, вызвал такси и выбросил из памяти все, что мешало мыслить.

Около часа он тренировался с динго-фантомом наставника-инка, доводя до автоматизма приемы славяно-горицкой борьбы, потом принял душ и просидел полчаса в тадасане – позе горы, расслабляясь до потери телом чувствительности. Достигнув высшей стадии дхараны – сосредоточения, Аристарх включил контур компьютерной пси-развертки, осторожно перешагнул границу допустимого личного участия в вычислительном комплексе и с головой ушел в нематериальный, призрачный, но по-своему реальный и ощутимый мир математического анализа, выкладок, уравнений и символов. Только он, обладая колоссальным запасом здоровья и сил, мог выдержать гонку вычислений с компьютером в режиме «один на один», и только он мог из миллионов разрозненных деталей построить стройную и непротиворечивую конструкцию эфпрогноза. За два часа работы Аристарх проанализировал программы нескольких тысяч заводов-автоматов сложной молектронной и энергетической техники, рассчитал их технологические цепочки: банк данных – управляющий инк – база – цех – линия – результат – и нашел то, что искал.