Человеческий улей

В третьем найдется такой же, но трусы уже не белые, а черные. И так далее — миллион самых разных вариаций можно придумать только с одной обложкой этого журнала. А ты глянь, сколько здесь разной прессы для взрослых. И дальше выгляни, за пределы киоска. Только сильно не высовывайся, потому как хоть твари больше на слух и нюх надеются, но глаза у них никто не отменял.

— Я знаю, что такое мультиверсум. Можешь не объяснять так подробно.

— Значит, вернусь к началу вопроса. Итак, в мире, где стоит тот зоопарк, случилась перезагрузка кластера и зверей перенесло сюда вместе с клетками и загонами. Спустя какое-то время в другом мире, где все отличие в таком вот журнале, опять случилась беда с зоопарком. Твой город, Карат, точнее эта его часть, попадала сюда уже столько раз, что никто не скажет. Почти все быстро превращаются в любителей человечины, охотно кушают друг дружку и с повышенной радостью гоняются за такими как мы. Кушают друг дружку, растут, кушают друг дружку, опять растут. Почти все проходят через пищевод, в итоге остается несколько крутых тварей и почти нет мелочи. Проходит неделя, месяц или полгода, и все повторяется. Вот так мы тут и живем, наблюдая перезагрузки и всеобщее поедание раз за разом.

— А если во время перезагрузки подождать здесь? Не вернешься назад?

— Нет. Здесь останешься и под откат попадешь.

— Это плохо?

— Плохо Карат, очень плохо. Помереть можно или дураком остаться. В общем, хорошего ничего не будет. Все, уходим, хабар — штука хорошая, но меру надо знать."

"— Ты без машины потому что шума боишься?

— Ты тоже бояться научишься, если жить хочешь. Смелые тут до года не дотягивают, учти. Давай через дворы махнем, там обзор похуже, не будем всем глаза мозолить.

— За этим кварталом парк. Деревьев мало, проредили недавно, мы там окажемся как на ладони, если в ту сторону пойдем.

— Ну ладно, ты тут местный, тебе виднее. Веди сам.

— Ты куда вести не сказал.

— К реке, где мы встретились. Только не к тому месту, а чуть дальше вверх. Один мост обрезанный будет, потом второй, а потом здание высокое красное, вроде шпиля там наверху. Вот туда мне и надо, но чтобы не по берегу, а другим путем. В Улье по своим следам не возвращаются.

— Нюх тварей?

— Он самый. Плюс хитрость такая, что я им иной раз завидую до горьких слез. Ну и примета плохая. Мы тут все поголовно суеверные, привыкай.

* * *Шуст выстрелил, болт пробороздил висок мертвяка и, улетев дальше, звонко ударился о железобетонную стену.

— Да чтоб тебя! — выругавшись, спутник отбросил арбалет, азартно выдохнул: — Давай, врукопашную сходись, Карат, он тебе ничего не сделает, это просто бегун начинающий! Уйми его! Пусть займется тобой, он тупой!

Мертвяк не отличался от всех прочих нйичем кроме скорости. Бегал не кбак рекордсмен, но неплохо.