Человеческий улей

Не знаешь случайно, нет ли где свежих записей с телевидения? Ну можно и не свежих, сойдут любые.

— Телецентр нужен, что ли?

— Зачем сразу телецентр? Вдруг у тебя сосед записывал «Дом два» годами, или еще какую-нибудь фигню для одноклеточных.

— Зачем тебе это?

— Народ как бы любит телевизор смотреть. Ну то есть запускать такие записи и таращится. Кто-то родных вспоминает, кто-то диван родной. В общем, хватает любителей, спрос на такое хороший. Тут же сам не запишешь: нет ни Интернета, ни телесигнала.

— Не было у меня таких соседей.

— Может хоть киоск с порнухой есть поблизости?

— С чем?!

— Ты что, вылупился из детского сада и сразу к нам подался? Ну порнушка, порнография, бабы голые и разнообразные дела с ними.

— Да знаю я, что это, просто ты меня слегка слегка. Шуст, у нас тут тихий и приличный город, таких киосков не знаю. Это в сексшопы надо, а он вроде бы всего один был и остался на той стороне.

— Любители лысого погонять могут отвалить маленько и за свежий «Плейбой» и прочую легкую эротику. Тема вечная, спрос устойчивый, качественные новинки в чести. Найдется тут такое?

— Ну… такое может и найдется. Это выше надо, к перекрестку, где трамваи ходят.

— Тогда ходу отсюда. Затаримся тематической литературой для узкого круга ценителей и начнем сваливать из города. Потом на моей карте покажешь и нарисуешь где искать магазин со стволами. Это на будущее, вдруг еще когда-нибудь попаду сюда на перезагрузку. Давай, веди к этим трамваям.

Глава 7

Шуст по городу не ходил, а передвигался. Перебежками, или пригнувшись, скрываясь за любым намеком на прикрытие. Местами замирал, прислушивался к чему-то, осматривался, подолгу вглядываясь в одну точку. Бывало доставал при этом маленький бинокль, но обычно обходился глазами.

Карат начал понимать, что до этого ему крупно везло. Он ведь только под конец начал изображать что-то похожее на игру в прятки. Да и то без заметных успехов. А тут, похоже, столько разных опасностей, что беспечные долго не живут.

В одном месте Шуст долго таращился из-за угла, затем шепнул:

— За мной.

Карат послушался и вскоре они забрались в подъезд жилого дома. Благо электричества не было, укрепленные входные двери оказались открытыми.

— Что мы здесь делаем, Шуст?

— Пока ничего, но сейчас начнем сидеть на ступеньках.

— От кого прячемся?

— Кусач там. Горошник в смысле.

— Вроде лотерейщика?

— Чуток похуже.

— В смысле опаснее?

— А ты сходи сравни.

— Да я и на слово поверю. В нем тоже эта дрянь есть?

— Что за дрянь?

— Ну там горох, спораны.

— Это не дрянь, а то что нам больше всего в этой жизни надо, запомни уже, дубинушка. Из зрелого кусача при удаче можно вытащить до пяти споранов. И горошины у него встречаются в несколько раз чаще, чем у лотерейщика.