Человеческий улей

и чудак!

— Есть немного!

— Ружье сразу за спину повесь! Мы тут новым людям не очень-то верим!

— Понял!

Пикап подъезжать не стал, и Карату пришлось толкать велосипед почти сотню метров. Крутить педали ради такой смешной дистанции не стал.

Пулеметчик указал на крышу:

— Забрасывай туда. Там шипы не дадут свалиться, мы так часто велики возим.

— Шипы, это хорошо. Только тебя они вообще не прикрывают.

Парень постучал по пулемету:

— Меня прикрывает этот дружок. Двенадцать и семь миллиметров, такой калибр даже элита уважает.

— Серьезная штука. Вы меня до поселка довезете?

— Можешь раньше выйти, а нам туда.

— Да зачем мне раньше выходить?

— Я о том же. Эй! Трогай, у нас все!

Взревел двигатель, машина начала набирать ход.

— Карат, ты держись покрепче, чуть дальше в стаб заедем, там кочка на кочке пойдет, дорога никакая.

— Знаю. На стабы насмотрелся.

— Никогда не видел таких много повидавших новичков. Ты здесь точно пятый день?

— Да. Просто и правда насмотрелся всякого, другому и на пару лет хватит.

— Такое у нас бывает. Меня Балаболом зовут. Только не смейся.

— Ничего смешного.

— Ну да — не самое плохое погоняло. А Карат откуда? Кто-то окрестить успел?

— Да. Встретился один в самом начале.

— Рейдер?

— Как я понимаю, все мы рейдеры. Его Шустом звали.

— Это не тот Шуст, который у нас квасит уже третий день?

— Не знаю. Тот бегал быстро, а этот как?

— Без понятия, я его не видел, не в мою смену заявился. Просто слышал, что он пьет будто бездонный.

— Вы тут по сменам дежурите?

— На посту сутки стоишь, сутки отдыхаешь. Один на бинокле, другие могут и подремать, все вскакивают только по тревоге. Вот ты, в куст забравшись, тревогу поднял. Нам по рации передали… ротозеи.

— Почему ротозеи?

— Потому что делать это надо было заранее, а не тогда, когда мы уже мимо проехали. Будь у тебя гранатомет, мог бы разнести машину спокойно. И хрен был что тебе сделали, пост в лесополосе, до него с километр, и там ничего дальнобойного нет.

— Ты всегда первым встречным рассказываешь о системе вашей обороны?

— Блин… реальный косяк… Зато ты понял, откуда у меня такое погоняло.

Машина затряслась на ухабах оставшихся на месте разрушившейся дороги. Все — стаб пошел, разговаривать в такой обстановке невозможно, так что резко замолчали.

Карат, ухватившись за борт, следил за окрестностями. Лесополоса, где скрывался невидимый пост, лишь издали выглядела аккуратной. За годы дикости деревья и кусты разрослись, дебри те еще получились. Дальше тянулось поле, некогда возделываемое, но сейчас по нему так не скажешь, выглядело нетронутым. Унылым памятником работникам сельского хозяйства вдали ржавел остов комбайна, возле дороги тянулась линия покосившихся столбов, более признаков цивилизации не было.