S-T-I-K-S – человеческий улей

– Только скажи, и я ему свой пистолет отдам. Его руки, само собой, нужнее."

"– Да уймись хотя бы ты, и без того тошно на душе. Не то время, чтобы шутки шутить. Карат, ты ведь не просто так катался. Ты куда-то шел, с какой-то целью. Поделишься?

– Нечем делиться.

– А если подумать?

– Видели тот участок с покореженным асфальтом и ржавым трактором посреди дороги? Там, где мы встретились.

– Ну?

– Как я понимаю, у местных такое называется – стаб. Это от стабильность. Вся здешняя территория разбита на многоугольники, вроде пчелиных сот. Только соты по форме и размеру одинаковые, а здесь все по разному. Но это уже так, мелочи, принцип вы поняли.

– Мелочи нам тоже интересны.

– Учтите, что я лишь пытаюсь пересказать то, что подслушивал там и сям со вчерашнего дня. Лучше быть проще, а то совсем запутаюсь. В общем, единичная ячейка называется кластер. Ваш кластер перезагрузился в тот момент, когда вы в нем находились, потому и попали сюда. Пройдет время, он опять перезагрузится, и еще кто-нибудь попадет. Вроде ловушки действует. Если б вы хотя бы метр до него не доехали, все бы прошло без вас. Просто не повезло.

Молодой в очередной раз покачал головой:

– Будь этот так, все бы о таком знали. Массовую пропажу людей не скрыть. И не только людей, наша машина тоже сюда попала, и не только наша. Да вон: дома, дороги, элеватор. Тут за мужика сбежавшего к любовнице пачку бумаги переводить приходится, а уж за такое самосвала пачек не хватит.

Карат не стал усложнять разговор введением заумных понятий вроде мультиверсума и бесконечной множественности миров. Ограничился более простой версией:

– Есть мнение, что мы уже не совсем мы, а копии нас. И сами это не осознаем. Неодушевленные предметы тоже скопированы. То есть нет никакого исчезновения, никто о нас не знает. Раз за разом копируется определенный участок земной поверхности со всем, что на нем в тот момент находится. Таким образом обеспечивается периодическое пополнение каждого нестабильного кластера. Основная часть людей быстро подъедается старыми зараженными, они ведь не готовы к такому переплету, все происходит неожиданно. Самые везучие иммунные выживают, а везучие заболевшие со временем при хорошей кормежке становятся развитыми тварями.

– При чем тут тот асфальт и трактор ржавый? – не понял Егорыч.

– Есть кластеры, которые не перезагружаются никогда, или делают это так редко, что на памяти ныне живущих такого не случалось. То есть они стабильные – стабы. Все что в них оказалось, лежит десятилетиями или даже больше. Дома постепенно разрушаются, асфальт приходит в негодность, техника ржавеет. Все как у нас в заброшенных местах, только без бичей собирающих металлолом.