S-T-I-K-S – человеческий улей

Лишь птицы, насекомые и парочка ящериц.

Машина подпрыгнула на очередной колдобине. Покосившись в окно, Карат узнал место и с насмешкой произнес:

– Сейчас пойдет нормальный асфальт. Прямо посреди чистого поля начнется новый. А позади останется с буграми, трещинами, с кустами проросшими у обочин и кое-где посредине. Но вы все равно сделаете вид, что так и должно быть. Вам же удобнее ничего не замечать.

– Ты опять за свое взялся? – устало протянул Егорыч.

– Ну а чего я должен отказываться от любимой темы? Тем более, если все сказанное – правда. Давайте уже, оглянитесь и честно ответьте сами себе, что вы домой уже не попадете и больницу тоже не увидите.

– Посмотрим, что ты в поселке запоешь, – хмыкнул молодой и, объехав здоровенный провал в асфальте, придавил газ.

Машина пошла быстро и ровно, без ударов, шины заработали почти бесшумно. Даже с завязанными глазами легко может понять, что стаб остался позади.

– В поселке много что можно увидеть, – добавил Карат. – Держите свои стволы наготове. Толку от них немного, но мало ли что, вдруг и помогут.

– Без тебя знаем, что и как нам держать, – заявил молодой, но без каких-либо наездов.

Похоже, неожиданно изменившееся качество асфальта заставило его призадуматься над правотой задержанного.

* * *

Не сворачивая доехали до той самой стены, возле которой Карат пережил массу незабываемых приключений. Издалека увидев, что тело мертвяка осталось нетронутым, не сдержал довольной ухмылки.

– Живем, служивые. Тут не так уж много здесь тварей, раз дохлятина осталась не оприходованная.

– Дохлятина? Это ты его убил? – со странными нотками уточнил Егорыч.

– Именно я. Делаю чистосердечное признание. Могу даже подпись поставить, только напечатайте на чистой бумажке. Но для начала давайте все выйдем и посмотрим на место преступления, заодно и расколете меня по свежим следам.

Кот, выскочив из машины, уселся в трех шагах от тела и начал тщательно умываться. А Карат, дождавшись, когда усатый подойдет от своей машины, заговорил:

– Итак, вы видите жертву моего гнусного злодейства. Официально заявляю, что убил ее своими руками без помощи сообщников, в качестве орудия преступления выступил топор. Покойник здесь валяется уже больше часа. Заметьте – поселок немаленький, до вечерней темноты еще далеко, но ни оравы зевак, ни взволнованного участкового мы не наблюдаем. А ведь без них такое зрелище не обходится. Вы, само собой, сейчас скажете, что в силу стечения обстоятельство по этой заезженной дороге никто в последнее время не проехал, и пешеходов тут тоже не было. А также жители прилегающих домов не смотрели в окна, вахтер элеватора решил поспать где-нибудь за стеной, а остальные работники объявили забастовку. Но посмотрите внимательно на этого гражданина.