Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

Вряд ли Рипер был настолько глуп, чтобы не понимать, что эти фотографии не сработают. Возможно, если бы Свиридов не был судьей, и я привлек к делу Шуйского, это могло бы сработать. Но у Анатолия Викторовича был иммунитет, который снимался только решением комиссии. А для нее подобные доказательства будут слабоваты для отстранения.

— Уж не судья ли это Свиридов? — уточнил Козырев, внимательно рассматривая фотографии.

— Он самый, — ответил я.

Призрак оторвался от созерцания карточек и уставился на меня:

— И зачем он тебе? Никак компромат для работы собираешь?

Я удивленно посмотрел на Василия. Неужели он не подслушивал наш разговор с Рипером? Но призрак и правда был удивлен.

— Да нет, — ответил я после небольшой паузы. — Судья перешел мне дорогу, и я хочу напомнить ему, с кем он связался.

— Отправить в острог… — понимающе кивнул Козырев.

— А для этого нужно каким-то образом доказать его связь с монархистами.

— Вот оно что… — пробормотал Василий. — Нелегкое это дело. Деньги наверняка лежат где-то наличностью, видео нет…

— Как и показаний монархистов. — завершил я за призрака. — А фото — такое себе доказательство. Знаю…

— А как же призраки, которые что-то видели и могут рассказать всякое? — поинтересовался Козырев.

— Вряд ли Свиридов вел дела с черносотенцами в своем особняке, — ответил я. — А искать духов по всему Петрограду — занятие долгое и неблагодарное. Да и бледная леди с волшебным зеркалом внесла изменения в население призрачного города.

— Тоже верно, — ответил Василий. А затем вдруг хитро прищурился. — Тогда тебе нужен мертвяк из монархистов, некромант!

Я замер, еще раз взглянул на фото. А затем протянул с озарением:

— А Рипер не так уж и глуп…

Датами, отмеченными на обороте карточек, были, скорее всего, годы жизни. Если я прав, то все эти люди уже мертвы. И свидетелей у меня теперь стало неожиданно очень много.

Я еще раз взял со стола фото. Даты были свежими. Знать бы только еще, где их всех искать…

Ладно, сперва нужно установить личности монархистов, а дальше будет проще. Выходит, надобно ехать к Беловой. Потому что к Шуйскому в последнее время я обращался уже слишком много раз. Но ехать к Алисе с пустыми руками мне не хотелось. Значит, нужно хотя бы начать заниматься ее просьбой…

Размышления мои прервала Арина Родионовна, которая зашла в кабинет, задержавшись на пороге и позволив солнцу скользнуть по ее волосам.

— Вам повезло, Павел Филиппович, — сказала она с лукавой улыбкой.

— Не спорю, — ответил я, завороженный ее красотой.

Девушка замерла, а затем произнесла:

— Вы меня не так поняли! Мой папенька довольно тесно общается с человеком, чья фамилия находится в вашем списке.

— Бывают же такие совпадения, — воодушевился я.