Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

— Ну, преступники рано или поздно попадают на каторгу, — философски заметил куратор. — Это лишь вопрос времени.

Мы пересекли холл и вышли на крыльцо.

— Пусть все разрешилось в вашу пользу, но я хочу вас попросить впредь быть осмотрительным. Ваша семья занимает высокое положение в обществе, и потому врагов у вас всегда будет достаточно. Да и вы человек неординарный. Многие полагают, что вы даже не совсем человек…

— Только не говорите, что имеете в виду слухи о том, что некромант воскрешает мертвых! — я возвел глаза к небу.

— Признайте, слухи эти очень даже забавные. Кухарка в моем доме рассказывала, что на рынках о вас говорят всякие небылицы. Вроде тех, что вы добрейшей души человек и многих простолюдинов принимаете без оплаты, если они не располагает средствами.

— Вынужден признать, что иногда я и впрямь не беру плату, — я развел руки в стороны.

— А вот это вы напрасно, — наставник погрозил мне пальцем. — Нельзя обесценивать труд адвоката. А не то оглянуться не успеете, как в миске у вас окажется только пара ложек каши, и нечем заплатить цирюльнику.

— Как раз об этом беспокоиться не приходиться, — усмехнулся я. — Продукты к моему порогу приносят постоянно. И стричь меня тоже обещались бесплатно. А дворник договорился показывать некроманта по утрам через арку за небольшое вознаграждение.

— То есть вы берете оплату натурой, — хмыкнул Руслан Константинович. — Неужто и впрямь хотите в политику податься? Не врут слухи?

Хотя наставник все еще продолжал мне улыбаться, взгляд его стал цепким.

— Я бы хотел держаться от всего этого подальше, — честно признался я. — Мне по вкусу заниматься тем, что у меня хорошо получается.

— У вас выходит нравиться людям, — отметил мужчина. — Поверьте, юноша, мало кому удается делать это так мастерски, как вам. Учитывая, что вы темный, а таких в народе принято сторониться.

— Мою бабушку тоже считали справедливой и всегда уважали за неподкупность, — напомнил я.

— Уважать и любить — не одно и то же. После истории с той девчушкой, которая нашлась спящей в монастыре, вы снискали любовь дружинников. Тех, кого не так просто впечатлить, Павел Филиппович…

— Я всего лишь защитил невинного. Если бы телохранитель девочки был виновен, то…

— Вы сделали больше, чем должны были. Вы искали злодея, расследовали… То есть делали не только работу адвоката, но и выполняли чужие обязанности.

— Просто я не мог оставить честного человека в беде, — я пожал плечами.

— Хотел бы я сказать, что понимаю вас.

— А разве нет? — удивился я.

— Вы родились во влиятельной семье. Мне никак не понять, откуда в вас такая любовь к простым людям.

— Моя бабушка неблагородного происхождения, — напомнил я.