Чехов 7. Императорская охота

— В таких местах можно спрятаться и напасть. А потом и тело припрятать будет совсем несложно.

— Скажете тоже, — нервно произнес Питерский и добавил, — Вашество, гуляйте лучше где-нибудь возле дома. А то мало ли…

Я же неожиданно для себя наслаждался странным ощущением свободы. Вроде позади осталось два заслона, но они меня не пугали. Куда больше меня беспокоила необходимость разделить дом с родней. Князь наверняка станет цепляться ко мне по всякому поводу, а бабушка начнет заботиться. И еще неизвестно, что хуже.

Перед машиной неожиданно выскочил олень. Он остановился, уставившись на нас, а Фома вовремя нажал на педаль тормоза. Животное оказалось высоким на длинных тонких ногах, голову его венчали ажурные рога, а светлую шкуру покрывали странные золотистые пятна. Мы молча смотрели на зверя, который какое-то время сверлил нас пристальным взглядом. А потом фыркнул и громадным скачком скрылся в кустах.

— Никуда один не ходите, вашество, — глухим голосом посоветовал Питерский.

— Оленя испугался? — хитро поинтересовалась Любовь Федоровна.

— Они не такие безобидные, как вы думаете, — Фома покачал головой и тронул машину дальше. — Могут и напасть. Такой вот подцепит рогами и мало не покажется.

Дорога меж тем вновь разошлась в две стороны. И мы свернули на ту, которую обозначила табличка со словом «Дома».

— Тут они решили обойтись без затей, — довольно проговорила Виноградова.

Больше нас никто не останавливал. Вскоре мы оказались напротив одного из домов, предназначенных для важных гостей. Строение было капитальным, одноэтажным, сложенным из камня. Крыша была пологой и посреди нее торчала труба, из которой тянулся дымок. Над мощной дверью виднелся герб, на котором темная птица раскинула в стороны крылья. Чуть дальше, вдоль дороги высился другой дом.

— И какой принадлежит Чеховым? — спросила бухгалтер.

— Бабушка упоминала номер, но я запамятовал, — пришлось признаться. — Но думаю, что мы поймем по гербу. Наверняка на доме он будет.

Все строения были разными по высоте и фасадам. На некоторых были стрельчатые крыши, мансарды с балкончиками, колонны, поддерживающие навес над верандой.

Когда между деревьями мелькнул серый камень, я насторожился. И когда машина оказалась напротив дома с огромными окнами в половину стены, то я тихо попросил Фому:

Машина остановилась, и я смог убедиться, что не ошибся. Герб семьи был приколочен на двери. Дом был двухэтажным. Если первый можно было просмотреть едва ли не насквозь, оценив огромный камин, кресла и диван в гостиной. То второй был закрыт наглухо. Небольшие проемы окон были забраны тонкими решетками, напоминающими паутину.

Мы вышли из салона, и я тотчас запахнул пиджак, застегнув пуговицы.