Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Высокие потолки с лепниной, паркет, который не скрипел под ногами, на стенах, покрытых тканью, висели картины. Хотя множество темных пятен подсказывали, что раньше этих самых картин было куда больше. А еще внутри помещения было темно.

— Простите, что встречаю вас так, по-домашнему, — принялся извиняться Сергей. — Слуг мы давно попросили. Нам стало совершенно нечем им платить. Моя супруга устроилась на работу, а мне приходится заниматься на дому, потому как из-за болезни отца я был вынужден уволится со службы. А потом так и не восстановился. Увы, никому не нужны сотрудники средних лет, которые не способны жертвовать своими нуждами ради службы.

— Прискорбно, — заметил я.

— Мы бы продали квартиру, чтобы взять себе что-то поменьше и поскромнее. Но моя супруга уверяла, что мы сможем и дальше оплачивать содержание жилища. Она хочет брать учеников и заниматься музыкой на дому.

— Соседи не станут возражать?

— Тут толстые стены. А также у нас есть комната с шумоизоляцией. Когда-то моя матушка музицировала, и отец не хотел, чтобы посторонние знали, насколько у нее плохой слух. Она долгие годы считала себя талантливой, а терпеть ее игру приходилось только самым близким.

— Ваш батюшка любил свою супругу.

— Это правда. Однако она все же покинула нас довольно давно. Слегла от легочной болезни. Лекари не смогли вовремя заметить недуг.

Сергей провел меня на кухню, указал на покрытый лаком деревянный стул:

— Прошу, присаживайтесь. Сейчас я налью вам чай.

— Расскажите про сложившуюся ситуацию, — попросил я и сел на предложенное место.

Сергей направился к плите, попутно рассказывая про свою семью. И услышанная версия почти полностью повторяла ту, которую поведала мне в дама с собакой. Только подробностей было чуть больше.

Из рассказа я понял, что Николай и Федор не очень-то жаловали отчий дом. Отец воспитывал их сурово, в строгости, хотя и устроил детей на работу на своих предприятиях. Едва подошел срок совершеннолетия, братья один за другим покинули дом. И больше сюда не возвращались. Сергей тоже хотел съехать, но отец заболел и слег. И парень остался дома, чтобы присматривать за Василием.

— Мне повезло с женой. Она поддержала меня и смогла найти к батюшке подход. Несмотря на тяжелый характер, Василий умел ценить хороших людей.

В комнате повеяло холодом, и я резко обернулся. Из стены выглядывал призрак, который с интересом слушал историю Сергея. И я с удивлением отметил, что дух был силен. Настолько, что, наверное, мог бы даже двигать предметы.

— В строгости, — проскрипел он, комментируя слова парня, который поставил на стол заварочный чайник и чашки. — Заставлял примерно учиться, не хулиганить и посещать всей семьей храм Искупителя по воскресеньям, как завещали предки. Вот уж впрямь — домашний тиран.