Чехов. Книга 12. Танец со смертью

Он был приверженцем старого порядка. Гордился первенцем, вторым сыном тоже. Меня матери смог простить только потому, что та обещала ему родить еще одного сына.

— Это ужасно, — выдохнула Арина Родионовна, которая успела услышать эту часть беседы.

— Отец держал супругу в строгости, отчего она не смела поднять глаза от пола. Когда случилась беда, и отца не стало, сыновья быстро продали дом и имущество и были таковы. Хоронить отца нам с матерью пришлось за проданный ею знак искупителя, который она смогла утаить от моих братьев, когда они срывали с нее обручальные браслеты. Я не помню, чтобы моя мать плакала. Она пообещала мне, что все будет хорошо. И мы ушли с ней в старый храм, где нас приняла настоятельница и позволила остаться там, сколько потребуется. Моя мать умела вести домашнее хозяйство и не гнушалась любого труда. Ее даже грамоте не учили в детстве. Меня же в храме научили писать и читать. Отправили в гимназию, где я получила образование. Кто знает, как сложилась бы моя судьба, если отец остался жив. Скорее всего меня бы продали кому-то второй супругой, как было принято в тех местах.

— Выходит, смерть вашего родича стала для вас благом, — пробасил Фома.

— Моя мама спустя много лет стала в том храме настоятельницей. Она нашла свое призвание в помощи людям. Я же нашла себе профессию, которую люблю всем сердцем.

Мы вошли во двор и обошли большой крепкий дом, чтобы оказаться в ухоженном фруктовом саду.

— История моего отца многому меня научила, — ответила Ольга. — Нельзя плакать о том, чего невозможно изменить. Лучше не показывать всего, что у тебя есть, даже самым близким людям. И надобно иметь дело, которое загнется без хозяина. Так его не отберут. Поэтому я выбрала то, чем занималась всю жизнь.

Беседка находилась на задний двор. С резными столбами, крышей, на которой красовалась фигурка женщины с мечом, столом и несколькими плетеными креслами. А еще на отдельном столике стояли небольшие фигурки явно ручной работы.

— Мое маленькое увлечение, — пояснила женщина.

— Вы создаете фигурки? — воскликнула Арина Родионовна и прижала ладони к груди."

"— Так и есть, — подтвердила Ольга. — А затем расписываю их под заказ, в частные собрания. Это я делаю в свободное время. Которого сейчас стало намного больше. Раньше я расписывала стены и потолки храмов. Но мои лучшие времена остались в прошлом. Ученики все делают не хуже, а я могу жить почти что в праздности.

— Искупитель! — выдохнула Нечаева. — У меня есть почти полное собрание «Другой стороны» от вас, мастер Савельева.

Мы с Фомой переглянулись, и я решил потом расспросить Арину Родионовну про мастера дизайнерских кукол.

— Да какой я мастер, — отмахнулась женщина. — В мире есть люди, которые создают куда более искусных кукол.