Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

Внутри располагался длинный стол с лавками по обе стороны. Во главе стола восседал крупный мужчина, перед которым стоял высокий самовар, блестевший натертыми боками.

При нашем появлении мужчина поднялся на ноги и развел руки в стороны.

— Добро пожаловать, господа и дамы! Рад вас приветствовать в этом райском месте.

В этот момент из ближайшего дома выбежал высокий парень в длинной рубахе и рванул куда-то прочь, сверкая голыми пятками. Мужики, что до того косили траву, побросали косы и резво сорвались с места и быстро нагнали беглеца. Поймали его и скрутили.

— Я жаловаться буду! Императору и Синоду! Отпустите! — орал тот, срываясь на хрип.

Это мне не понравилось.

— Не все верят в рай? — уточнил я и приготовился призвать тотемы. Потому что назревало что-то непонятное.

Глава 14

Сапожник без сапог

Сосновцев поморщился, глядя на устроенную перед нами безобразную сцену поимки беглеца, а потом окликнул стоящего неподалеку старосту.

— Почему новенького не связали? Ну сколько раз повторять, что нельзя давать болезным шанса навредить себе или окружающим… — устало произнес он.

Создавалось впечатление, что такое приключалось здесь не в первый раз.

— Простите, Михаил Сергеевич, — начал староста. — Не уследили.

В этот момент человек в рубахе резко перестал кричать и затих, а вокруг него закачалось быстро сгущающееся марево призываемых тотемов.

— Берегись! Огонь! — выкрикнул один из мужиков.

Хозяин поселка глухо выругался и щелкнул пальцами. Рядом с ним образовался вихрь, который почти сразу же переместился к борющимся в траве людям. И парень, с пальцев которого срывались искры, зарычал от бессилия. А потом обмяк в руках своих поимщиков.

— Вяжите его, — распорядился староста и кинул помощникам веревку.

Тот ловко набросил петлю на парня и обернул вокруг тела. Одаренный взвыл, словно его ошпарили кипятком, и принялся материться, как заправский матрос. Арина Родионовна отвернулась от безобразного зрелища и как-то недобро взглянула на Сосновцева.

— Извините, дамы и господа, за то, что стали свидетелем всего этого, — мужчина обвел пространство руками. — Мне ужасно не хотелось, чтобы у вас остались неприятные впечатления от посещения моего поселка.

— А что у вас здесь происходит? — беззаботно уточнила Яблокова.

— Рабочие процессы, — выдал Михаил Сергеевич и широко улыбнулся, обращаясь к Яблоковой. — А вы случайно не снимались в кино, госпожа…

— Людмила Федоровна, — женщина подала хозяину поселка руку, и тот тотчас галантно обозначил на ее пальцах поцелуй. Однако я успел заметить, как цепко Сосновцев при этом оглядел кольца, которые Яблокова выбрала для выхода в свет.

— Кажется, я видел вас на экране, — продолжил он.

— В кино я не снималась.