Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

А жить мне все же ужасно хотелось! Вот один из лекарей и придумал для меня эту трубку с травами. И назвал ее «энгалятором». Он велел мне энгалировать по три раза в день, не меньше. Я поначалу не понял, что он имел в виду, и даже собирался его поколотить, но вовремя одумался.

— И вы так сами и бросили курить? — удивился я. — Без помощи душеправа?

— Поверьте, юноша, тяга к табаку изрядно преувеличена, — авторитетно заявил Козырев. — Она всего лишь у нас в голове. Когда я понял, что табак меня на самом деле убивает, то выбросил его в тот же день и больше никогда не прикасался к этому яду. И трубку с ароматным сбором я с собой таскал лишь потому, что меня привыкли видеть с трубкой. А пояснять каждому, что у меня проблемы со здоровьем, мне не хотелось.

— И она вас не успокаивала? — разочарованно уточнил лекарь.

— Ну, уж если откровенно, то трубка и впрямь помогала не думать о табаке, — признался призрак.

— Это очень интересный метод расстаться с дурной привычкой, — воодушевился парень. — Я бы хотел провести исследование на эту тему и все задокументировать тщательнейшим образом. Это может многим оказаться полезным. Ведь принято считать, что избавиться от вредной тяги с табаку крайне сложно.

— И назовите метод «козырным»! — заулыбался Василий. — Я вам расскажу про все травы и смолы, которые добавлял в сборы.

— Там ведь не было ничего дурманящего? — деловито поинтересовался Лаврентий Лавович.

— Молодые сосновые шишки считаются? — без тени улыбки уточнил призрак.

Лекарь покачал головой:

— Нет.

— Значит, ничего дурацкого я не использовал, — заключил мужчина. И добавил: — Я никогда не был дураком, и не стал бы избавляться от одной вредной привычки, чтобы заменить ее на другую.

Лаврентий Лавович вынул из кармана небольшую записную книжку и обломок карандаша, приготовившись записывать.

— Мне хочется составить список ингредиентов, — пробормотал он и лишь потом взглянул на меня. — Вы позволите мне поговорить с вашим миньоном?

— Я не слуга некроманта! — возмутился Козырев и сразу же раздался в плечах.

— Спокойно! — Я слегка повысил голос, добавив в него силу. — Лаврентий Лавович — часть моей семьи.

— Прямо уж и припугнуть нельзя… — проворчал Василий, разом стряхивая с себя жуткую маску.

— Так вы свободный призрак? Такой же, как Виноградова? — восхитился лекарь.

— Она тут? — всполошился старик. Он замерцал и принялся озираться.

— Вы знали эту женщину? — спросил я, жестами давая понять Лаврентию, что говорить лишнего при новом призраке все же не стоит.

Василий пригладил волосы.

— Про нее среди призраков ходят разные слухи, мастер некромант, — начал он. — Она умеет шептать, и даже я сам не раз ее слышал.