Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Однако у меня есть своя большая семья, о которой я забочусь. Пусть живем мы не в достатке, но все же не бедствуем.

Зимин задумчиво кивнул и вдруг спросил:

— То есть, вы никогда не были замужем?

Женщина грустно улыбнулась.

— Не была.

А затем насупилась и поспешно добавила:

— Но за вас точно не пойду. Даже не просите.

— Почему? — усмехнулся Стас, который явно наслаждался этой беседой.

— Вы такой красивый, что я стану ревновать вас к каждой девице. К тому ж, слишком молодой для меня. И я с таким богатырем не справлюсь. Вас кормить придется по пять раз на дню.

Мы рассмеялись и мне подумалось, что детям и впрямь повезло оказаться в доме этой женщины. Попрощавшись, мы пошли к калитке, у которой кустодий обернулся и окинул двор задумчивым взглядом.

— Что-то не так? — осведомился я.

— Несправедливо, что такой женщине приходится выживать вместе с детьми, — протянул Зимин. — Будет славно, если Синод примет ее в настоятельницы и даст право открыть полноценный приют. Поверьте, Павел Филиппович, я сам жил в не самых хороших местах. И хорошо знаю, насколько ценны именно такие люди, как она.

— Думаете, что мы можем как-то поспособствовать улучшению ее жизни? — заинтересовался я.

— Раз она никогда не заключала брак, то может стать настоятельницей, — пояснил Стас. — И получить не только хороший дом, хозяйство и помощников, но и право содержать больше воспитанников. Которым будут предоставлять квоты на обучение. и подушное содержание от Синода. Если в приютах не воруют деньги, то из них можно выйти с профессией и без шрамов.

Мужчина едва заметно скривился и потер шею, словно она у него заныла.

— Если вам понадобится помощь… — предложил я и Зимин неожиданно хлопнул меня по плечу, а затем вышел за калитку.

— Помощь лишней никогда не бывает, — он вынул из кармана бумажник, извлек из отделения несколько купюр и сунул в прорезь почтового ящика, который висел на заборе. — Идемте, княжич. Нам еще надо встретиться с сынком Никона. И что-то мне подсказывает, что он еще тот фрукт.

— Возможно, вы правы.

Мы сели в машину, и тронулись в путь. Город мы проехали быстро, и едва авто миновало знак поселения, как дорога вновь сделалась неровной, и я пристегнулся. Спустя около часа, мы неожиданно увидели на обочине черную «Волгу» с мигающими габаритами. Она стояла с распахнутой дверью, и наружу торчали ноги в белых чулках и в розовых атласных туфельках.

— Это что за диво, — хмыкнул Зимин.

Он притормозил позади «Волги» и покосился на меня.

— Как вы полагаете, нам стоит помочь этой дамочке или лучше не трогать ее даже трехметровой палкой?

— Вы же понимаете, что судя по номерам это Марфушечка, дочь Синькова? — уточнил я.

Зимин хмыкнул:

— Тогда нам понадобится палка подлиннее. Метров восемь, — хмуро произнес он.