Чехов. Книга 3

Она прошла босая ко мне и вынула из сумки несколько крупных смятых купюр.

— Это аванс, — она положила мне деньги на колени и придержала их ладонью, словно я собирался их сбросить. — И теперь вы мой представитель, верно?

Я взял пальцы девушки в свои и легонько их сжал.

— Сумма очень большая, — мягко возразил я.

— Никто не возьмется за дело простолюдинки, — она сглотнула и присела рядом с моим креслом на пятки. — Аристократы приходят на мои выступления. Они восторгаются мной и аплодируют. Просят автограф и фотографируются со мной. Как с диковинной зверушкой, — девушка закрыла глаза. — Но когда со мной случилась беда, никто не захотел прийти на помощь.

— Вы в беде, — уточнил я. — И вы обратились ко мне за помощью.

— Верно, — Регина открыла глаза и посмотрела прямо в мои. — Вы помогаете тем, кого в этой стране считают людьми второго сорта. Не откажите мне в этом…

Я и сам не понял, как девушка взобралась на мои колени. Ее ладони обвили мою шею, высокая грудь в провокационном вырезе декольте вдруг оказалась очень близко. Платье было невесомым и сквозь него ощущалась теплая кожа. А аромат духов удушающе густым облаком накрыл меня. И я чихнул. Громко и так энергично, что голова мотнулась и мой лоб едва не ударил гостью в переносицу. Та отшатнулась от меня и чуть было не свалилась на пол. Но в последний момент я успел ухватить ее за талию.

— Павел… Филиппович… — выдохнула она, не решаясь двигаться.

— Хочу вас предупредить, Регина. Если вы продолжите, то не сможете стать моей клиенткой.

— Почему? — робко уточнила она.

— Деловая этика не позволит мне стать вашим защитником.

Эти слова я выдавил из себя с превеликим трудом. Девушка была такой манящей, что мне до зубовного скрежета хотелось забыть обо всем и…

— Простите, Павел Филиппович, — произнесла певица и неловко соскользнула с моих коленей.

— Все в порядке.

— Простите, — повторила девушка и попятилась. — Я такая глупая.

— Все в порядке.

— Вы теперь решите, что я недостойная и развязная. И… я совсем не в вашем вкусе…

Я поднялся на ноги и преодолел расстояние между нами за пару шагов. Обхватил девушку за плечи и крепко сжал. Я не хотел женских истерик и слез. И больше всего я не желал, чтобы она надумала сбежать отсюда, забыв о здравом смысле."

"— Вы невероятно красивая, — негромко заговорил я. — Только сумасшедший отказался бы от счастья касаться вас. Слышать ваш голос и вдыхать аромат вашей кожи.

Глаза Регины расширились, губы приоткрылись.

— От звука вашего голоса сердце буквально замирает в груди. И я хочу, чтобы вы знали об этом.

— Павел… Филиппович, — с вопросительной интонацией произнесла она.