Чехов. Книга 2

Николаева смогла обернуть даже проигрышную ситуацию в свою пользу. И думается мне, что не без подсказок подруги Свиридовой.

— Зачем же ей понадобилось так громко отменять сделку? — спросила Арина.

— Чтобы никто не смог шантажировать ее этим грехом, — криво усмехнулся я. — И я бы не сделал лучше. Умница, Елена Анатольевна.

— Вы о ком? — нахмурилась секретарша.

— Не берите в голову, — я решил не углубляться в эту тему. — Это уже вчерашний день.

— А что там по поводу Васильевской Лавки? — тут же с интересом уточнила секретарь.

— Оказалось, что на одном из складов лавки установлены печатные станки по производству денег, — ответил я.

Разговор снова прервал звон колокольчика и звук хлопнувшей двери.

— Прием еще не открыт… — начал было я, но меня прервали:

— И правильно. Понедельник день тяжёлый.

Я обернулся. В дверях стояли Суворов и Белова.

— А вы чего не на службе? — уточнил я.

Алексей хитро прищурился:

— Я сказался больным. А наша Алиса всю ночь опрашивала подозреваемых по делу Васильевской Лавки. Поэтому сегодня, как практикант, получила выходной.

— Чтобы не выплачивать ей сверхурочные, — оценил я, и девушка кивнула.

— И вот что интересно, — задумчиво протянул Алексей.

Он подошёл ближе и сел на диван. Фома тут же поднялся и направился за чашками, чтобы разлить гостям чай. Суворов же откинулся на спинку и продолжил:

— В показаниях свидетелей фигурируют двое людей, которые выбрались по народной тропе через овраг со стороны склада и уехали на красной отечественной машине с глухой тонировкой. Очень на вашу похожа.

— Таких машин много на рабочих окраинах. Красный цвет издревле считали привлекающим удачу, — ухмыльнулся я.

— И я подумал, уж не адвокат ли Чехов тот самый законопослушный подданный Империи, который рассказал жандармам, что на складе происходят преступления?

Он с интересом посмотрел на меня, ожидая ответа. И я вздохнул:

— Каюсь.

Все уставились на меня. А Суворов уточнил:

— Может быть тогда расскажете, как все было, мастер Чехов? Для этого мы сюда и пришли.

— Ну не для того же, чтобы только чаю выпить, — добавила Белова и присела в кресло.

— Как все было сможет поведать следователь, — ответил я. — Я могу рассказать лишь свои догадки. Часть из которых подтвердились. Другая может оказаться заблуждениями.

— Бросьте, мы хотим узнать вашу версию. Поделитесь, Павел Филиппович, — попросила Алиса. Девушка прошла к столу, села на диван и посмотрела на меня.

— Ваш чай, милсдари, — произнес Фома и поставил на стол заварник и три чашки, по которым был разлит чай.

— Прошу, Арина Родионовна, — я предложил секретарю пересесть на диван.

Суворов подвинулся, и секретарша взяла чашку с чаем и села с ним рядом.