Чехов. Книга 2

"

"— И как же ты переправил людей? Куда?

Шулер только руками развел:

— Фокусник никогда не раскрывает своих секретов? Иначе в чем магия иллюзии?

— Ты мне голову морочишь, — усмехнулся я.

— Кстати, если тебе настолько интересен Карло — я могу вас познакомить.

Последнюю фразу человечек произнес вкрадчиво. И его слова прозвучали умиротворяюще. И я с трудом удержался, чтобы не ответить «а давай».

Тут в кабинет вошел Фома, торжественно неся перед собой небольшой ящичек из фанеры для винной бутылки.

— Вашество, я тут коробочку нашел в подвале. Вот, пыль с нее стер и приготовил.

— Для чего? — тотчас оживился Шулер и недоверчиво прищурился. — Ты чего это удумал?

— Надо упаковать этого нечистого, чтобы не начудил чего, — не замечая гостя, продолжил помощник

— Я в машине ехал на заднем сиденье и ничего не чудил, — напомнил деревянный человечек.

— Усыплял бдительность, — отмахнулся Фома.

— Да что за бред? — возмутилась фигурка и всплеснула руками.

— Авось как нападет на того, к кому в гости просился, — предположил слуга. — А нам потом ответ держать.

В словах Фомы был резон, и я покосился на Шулера, который тотчас подобрался и словно приготовился к прыжку.

— Я в этот гроб не полезу, — отрезал он и оскалил частые острые зубы.

Коробка для бутылки и впрямь походила на небольшой гробик для кукол и по размеру и по форме.

— Только попробуйте, — маленький проходимец подскочил, и глаза его загорелись нехорошим огнем. — Я вам покажу кузькину мать.

— Это твоя родня, что ли? — благодушно осведомился Фома и неожиданно ловко сгреб игрушку в горсть.

— Сам напросился! — завизжал Шулер и на мгновенье в появился появился запах серы. Тьма сгустилась в центре комнаты и воздух стал густым.

Так происходило, когда аристократ призывал источник своей силы. Я скривился и приготовился к нападению кого-то или чего-то. Однако никто не явился, а кукольный парень вдруг заголосил:

— Скотина! Подонок! Сатрап! Я на тебя всех своих натравлю.

— Ага. И пупсов и мишек плюшевых зови, — приговаривал помощник, трамбуя Шулера в коробку. — И мячик резиновый не забудь. Это самое опасное оружие. Деревянный человечек хватался за края ящичка, выгибался и бешено вращал глазами.

— Помоги! Не давай этому животному меня обижать…

Крышка закрылась, и Фома обернул коробку бечевкой крест накрест. Потом утер испарину со лба. Хоть он и выглядел спокойным, но мне показалось, что происходящее далось слуге нелегко.

— Пустите! — из коробка доносились глухие проклятья и стук небольших кулаков. — Ну, погодите! Вот выберусь я…

— Обратно запихну, — пообещал Фома.

— Доберусь я до тебя и…

Дожидаться продолжения я не стал и набросил на ящик куртку.