Чехов 7. Императорская охота

Когда наши глаза оказались на одном уровне, мне стало легче.

— Нас всего трое… — начал было я.

— Четверо, — поправил меня старший родич. — Ты запамятовал о моей супруге, которая также приглашена на Охоту.

— Она согласилась сопроводить вас?

— Нас. И ты напрасно недооцениваешь Маргариту Ивановну. Она довольно сильная воздушница. Мы хорошо работаем в паре и мой огонь…

— Избавьте меня от подробностей, — я скривился, и Филипп потемнел лицом.

— Извинись, — холодно потребовал он.

Но я промолчал, не отводя взгляда.

— Я вас двоих запру в склепе, — процедила бабушка и строго добавила. — На ночь. А может, даже на пару. Может, вам станет стыдно перед мощами предков за то, что ведете себя как два обиженных ребенка.

— Я не собираюсь спускать мальчишке оскорбления в сторону своей супруги, — холодно произнес Филипп.

— Мальчишка — твой сын, — напомнила ему Софья Яковлевна. — И если ты и твоя избранница не заслужили его уважения, то это не его вина. А ты, — она посмотрела на меня с холодом, — извинись. И не смей плохо говорить о женщине за ее спиной. Ведь она не может привести тебя к ответу за такие слова. Имей смелость сказать ей в лицо все, что выдал ранее.

Мне стало неловко, и я пробормотал:

— Был неправ. Простите, Филипп Петрович.

— Принято, — так же негромко бросил он и тут же расправил плечи. — Минин владеет частью флота, который наш правитель с удовольствием примет в казну после поражения в качестве откупа за пролитую кровь.

— А он берет откуп? — удивился я.

— С проигравшей стороны, — с готовностью пояснила княгиня.

— Мы приедем в резиденцию и там будем соблюдать правила, — продолжил старший Чехов. — Нападать как варвары мы не станем. На провокации до объявления боев, если все же до этого дойдет, не реагируем. Император даст нам возможность решить все миром. Так скажем, он выступит судьей в нашем споре.

— В чем заключается спор? — полюбопытствовал я. — Официально.

— Официально то, что старший сын Минина был одним из тех, кто носил маску волка. Он позволил себе напасть на тебя в месте, где насилие недопустимо. Это оскорбление, нанесенное семье в присутствии Императора.

— Мы все решили на месте. И претензий я не имел.

— Если бы щенок оставил все позади. Не пытался бы выяснить кто скрывается за маской господина Смерть, — с хищной ухмылкой заговорил начальник охранки, — Если бы он не стал бахвалиться, что мог бы поколотить младшего Чехова, но тому просто повезло…

— И откуда он узнал, кто скрывается под маской? — въедливо уточнил я.

— Кто-то подсказал, видимо, — с наигранным безразличием ответил князь.

— Кто-то? — поддел я.

— Минин решил влезть туда, куда ему лезть не стоило. И вместо того, чтобы извиниться и смиренно ждать прощения, он допустил вторую промашку.