Чего желает джентльмен

– Ну, Эксетер, я мог бы подумать, вы наслаждаетесь семейной жизнью! Полагаю, мне следует вас поздравить.

Маркус открыл глаза и гневно посмотрел на посетителя, но Тиммз, будь он неладен, только рассмеялся.

– Я бы предпочел, чтобы мои личные дела никого не касались.

– Гм! Тогда не стоило давать объявление в «Таймс». – Заметив на столе раскрытую газету, Тиммз усмехнулся. – Насколько я понимаю, ваше расследование насчет леди Уиллоуби закончено. Я видел, как она уходила. Вид у нее был весьма недовольный.

– Я и не собирался ей угождать – по крайней мере, подогревать ее надежды. – Маркус встал и заговорил уже как деловой человек. – Но мое расследование действительно завершено. Сюзанна ничего не знает и ничего не видит дальше собственного носа. Напечатайте деньги хоть на табачном листе – она ничего не заметит.

– Значит, ее использовали.

– Согласен. – Маркус кивнул. – У нее не хватит мозгов, чтобы самой разработать план такого размаха.

Тиммз вздохнул.

– Не знаю, радоваться мне или огорчаться. Было бы так хорошо обнаружить наконец преступника.

Маркус пожал плечами.

– Продолжайте наблюдать. Леди Уиллоуби – не единственная, кто расплачивался фальшивыми банкнотами.

Ему вдруг пришло в голову проверить, не получала ли Ханна Престон денег от Дэвида, но эту мысль он оставил при себе. В последнее время Лондон наводнили фальшивые банкноты. Тиммз и другие банкиры-управляющие дали слово, что Дэвид, если и замешан в этом деле, в руки правосудия не попадет. Маркус, однако, был готов инкриминировать брату и это преступление.

В последние несколько недель Дэвид проявлял чудеса изворотливости, чтобы избежать встречи с братом. Так случалось и раньше, но в сложившихся обстоятельствах это был тревожный знак.

– Полагаю, выбора у нас нет. – Тиммз снова покосился на газету. – Тогда я вас оставлю. Доброго дня, Эксетер.

Маркус кивнул. Когда Тиммз ушел, он встал, обошел письменный стол и отпер помещавшийся за ним шкафчик. Вынул тонкую папку, раскрыл ее и выложил на стол несколько листков бумаги. Придвинув стул поближе, начал внимательно просматривать записи.

Первым делом следовало вычеркнуть Сюзанну. Маркус сделал несколько пометок возле ее имени. Он был рад вдвойне: исключил ее из числа подозреваемых и заодно отделался от надоевшей любовницы. Он и не собирался заводить с ней роман, но она стала заигрывать с ним сама. И в этом были определенные преимущества. Да, у него имелись в отношении нее скрытые мотивы, но никакой вины Маркус за собой не чувствовал. Судя по тому, что она только что наговорила, Сюзанной тоже двигал расчет.