Болевой порог. Вторая чеченская война

БТР подъехал вплотную к бойцам. С брони спрыгнул психолог и с ходу ударил двух первых попавшихся бойцов.

– Поехали обратно в штаб! – крикнул капитан водителю. – Вы все трое со мной.

Титов всю дорогу до штаба облизывал разбитую губу, молча смотря на подельников. Впервые в жизни ему хотелось, чтобы БТР заглох на дороге. Казалось, что чеченский плен куда лучше допроса психолога. Невольно в голову полезли все ужасные и странные истории, рассказанные об этом человеке. Серёга смотрел на Ваню, который даже не курил сигареты и просто оказался не в то время и не в том месте.

– Ждать здесь! – злобно сказал капитан и вошёл в палатку.

Внутри горел электрический свет. Все штабные палатки были запитаны от генераторов. Титову рассказывали, что упитанные тыловики из комендантских взводов по вечерам играют в игровые приставки и смотрят видеофильмы. Многие носят уставные «подшивы», изводя наволочки просто так. А на переднем крае люди спят на земле. Многие мочатся под себя, застудив почки. Думать об этом было противно, и сержант закурил, оставляя окровавленные следы на краешке сигареты. – Заходим по одному! – крикнули из палатки.

Титов пошёл первым, нагло улыбнувшись парням. Ясно дав понять, что плевать ему на нравоучения психолога и всех остальных.

– Ну садись на стул и рассказывай, как ты стал пособником боевиков? – прищурился капитан, отстраивая фокус фотоаппарата."

"– Не могу знать. О чём вы тут, товарищ капитан? – ответил сержант, наблюдая, как кто-то из штабных вываливает на стол марихуану.

Штабной тут же достаёт пачку «Беломора» и начинает опустошать гильзы папирос, бережно раскладывая их рядом с травой на столе. Серёга понял, что капитан готовит подставу, да ещё и с фотосессией в придачу.

– Вы Ивана-то отпустите, он ведь не курит даже, – продолжил уже из чувства благородства Серёга.

– Ты мне, блядь, тут зубы не заговаривай, сосунок, – вспылил капитан, окончательно входя в роль злого следователя, – я вашего брата за полверсты чую.

– Я в руках эту гадость не держал, – смело ответил Титов, – и вы меня с ней не ловили.

– Да мне насрать на твои отмазки, – приблизился к бойцу капитан, – у меня есть показания солдата.

– Ну и где солдат? – поднял голову Титов, глядя в глаза психологу.

Удар был несильным, но молниеносным и неожиданным. Серёга слетел со стула, мечтая в полёте потерять сознание. Штабной солдат к тому времени забил «Беломор» травой, причём сделал это со знанием дела. Титов молча поднялся и уже без приглашения снова сел на стул.

– Бери папиросу и прикуривай, – рявкнул капитан.

– Зачем? – включил дурака сержант. – Я у входа уже покурил.

– Бери, я сказал.

– Нет, спасибо, не хочу.

– Это приказ, воин. Быстро взял папиросу и прикурил.