Чеченец. На разрыв (СИ)

Хрипло шепнул он и накрыл мою грудь широкой ладонью, сдавливая, растирая сосок.

Во мне ничего не всколыхнулось, ничего не проснулось. С Никитой тоже не особо просыпалось, но его я не боялась, а сейчас совершенно не могла настроиться. Я позволяла ему целовать себя, мять свою грудь, сжимать соски, потом сосать их его чувственным ртом. Но в ответ ничего. Только холод какой-то, скованность и страх.

Ладонь прошлась по моему животу, коснулась лобка, протиснулась между ног, но я сжала их сильнее.

- Раздвинула! Быстро! – рыкнул мне в губы, и я подчинилась, развела ноги давая его пальцам коснуться моего влагалища, раздвинуть нижние губы. Он потрогал меня там, погладил. Приятно не было, скорее некомфортно.

- Что ж ты сухая такая! – проворчал он и я зажмурилась, чувствуя, как слезы пекут глаза. А какая должна быть? Мокрая? От чего…от того, что меня заставляют, принуждают.

Плюнул себе на ладонь и растер меня между ног, скользнул двумя пальцами в дырочку, и я всхлипнула чуть дернувшись. Он толкнулся один раз, провернул пальцы и вытащил.

- Узкаяяя…, бляяядь, какая малышка, не ожидал! - простонал он и снова плюнул на свои пальцы, потом я поняла, что теперь он увлажняет свой член. От страха свело все тело, стало нечем дышать.

- Если не расслабишься будешь орать от боли. Поняла? Раздвинь ноги и дай войти!

Какой низкий у него голос, как от него вибрирует все тело и мутится разум. Я развела ноги как можно шире, давая ему лечь на себя. А потом от паники застонала, когда его член уперся в самый вход. Он не сделал это медленно. Он вошел в меня быстро и резко. Наверное, я инстинктивно обняла его за плечи, прильнула к нему всем телом. Было больно и мне казалось, что меня действительно почти разорвали. Плоть натянулась до предела. Словно вот-вот начнет трескаться. Я чувствовала его в себе целиком. Мне казалось, что я чувствовала каждую вену, даже переход от головки к стволу. Кому нужен большой член…кто мечтает о таком…что с ними не так? Это же больно, это ад. Как вытерпеть его в себе? Я даже дышать не могла.

- Привыкай, не сжимайся, - шепчет хрипло, как будто успокаивает. Можно подумать ему до меня есть дело. – привыкнешь и нормально будет.

Но нормально не становилось. У меня там узко, сухо. А едва он начал двигаться из глаз искры посыпались, стало еще больней. Я ему спину и плечи царапаю, а он от этого еще больше заводится, сильнее двигается и мне хочется умереть, я губы до крови кусаю, вся напряженная, как камень. Только бы кончил быстро как Никита. Пожалуйста. Я долго не выдержу."

"Но я терпела, глотала слезы, даже пыталась подыграть, обнимать, подставлять губы для поцелуев. Больно было чуть меньше, но все равно больно. Я выгнулась, пытаясь дышать, пытаясь сделать хоть пару глотков, но меня держали слишком крепко.