Чебурашка

— Не хорошо, Артём.

— Так, выбрось уже из головы эту квитанцию!

— Что? — обращает, наконец, она на меня внимание.

— Не выходите из дому, пока я не вернусь! — говорю я, надевая куртку.

— Куда ты пошёл-то? Иди поешь сначала.

— Мама, я приду и всё объясню. Ждите меня и точка!

— Ну… ладно… ты уж не опаздывай тогда, пожалуйста! Ты же понимаешь, долго мы ждать не будем…

Я выскакиваю на улицу и бегу к Валентину. Он ещё в гараже.

— Дядя Валя, можете меня выручить? Нужно на Южный смотаться.

— Ты чего, обалдел? Какой Южный на ночь глядя?

— Ночь ещё не скоро! Нужно будет только туда и обратно съездить. И с меня ящик коньяка.

Он задумывается и, крякнув соглашается, скромно сказав, что, раз я такой щедрый, ему будет достаточно и трёх бутылок. Щедрый, но не до конца честный. Ведь всё может оказаться чуть сложнее, чем я описал. Сука! Мы выезжаем из гаражей и я жму по тормозам. Выскакиваю из машины и подлетаю к нему.

— Ты чего⁈ — таращит он глаза.

— Дядя Валя! — как от зубной боли морщусь я. — Я не всё сказал… В общем, действительно, вам только подъехать, забрать девушку и увезти домой. Но там есть нюанс… Её удерживают хулиганы.

— Как это удерживают⁈ — возмущается он.

— Надо же в милицию звонить!

— Милицию я вызвал уже, просто… Надо было сразу вам сказать…

Откажется сейчас… Ну, и не сказать нельзя…

— Ну, раз вызвал, поехали скорей! Чё ты мне мозги канифолишь? И коньяка не надо! Раз человеку помочь!

Я прыгаю в свою тачанку и срываюсь с места. Выбрасываю из-под колёс куски снега, реву, выруливаю, и рвусь вперёд. Выскакиваем на Весеннюю и поворачиваем в сторону цирка. Дорога явно играет против меня, она пытается развернуть Чебурашку, вышвырнуть на обочину или выкинуть под встречные машины. Меня ведёт юзом, но я не сдаюсь и выруливаю, как заправский гонщик. Но не потому, что умею, а потому, что мне очень и очень надо и по-другому никак нельзя!

После цирка машин становится меньше и, вырываясь на Сибиряков-Гвардейцев, я вжимаю педаль в пол и пру вперёд, оставляя за собой облако снега, как корабль на воздушной подушке. Дворники не справляются, но сейчас меня уже не остановить. Я сжимаю штурвал и хриплю сквозь зажатые зубы:

Валентин отстаёт, но мне не хватает нервов или терпения ехать медленнее. Правда, когда я сворачиваю на узкую дорогу, идущую по району частных домов, приходится сбавить скорость и он меня нагоняет. На железнодорожном переезде меня чуть не выбрасывает с дороги, но я кое-как удерживаю Чебурашку и перескакиваю через рельсы.

Переезжаю и останавливаюсь. Выхожу и подбегаю к Валентину. Он опускает стекло.

— Ну, ты адский водитель, бляха — качает он головой.

— Дядь Валь, подъехали уже практически.

— Ну, так чего встал тогда?

Я ещё раз повторяю инструкции и возвращаюсь за руль.