Чебурашка

Знать бы, конечно, собирается она уезжать из Москвы или действительно нет, и, если да, можно было бы прикупить джинсы, а то я поиздержался за лето, да и Хаблюк всё про джинсы напоминает…

Покрутившись у её дома, я возвращаюсь к дяде Пете. От Багратионовской до Крылатского, вроде как, не слишком далеко, но времени уходит дофига, тем более, что от метро до дяди Пети ещё пилить и пилить.

День проходит в суете, я помогаю таскать какие-то сумки, снедь, алкоголь. Гостей будет немного, с нами человек семнадцать, но организация мероприятия оказывается довольно хлопотным делом. Вечером я снова отправляюсь на поиски Кати. Тётка оказывается дома, а Катя нет.

— Ой, она нашла работу в ведомственном ателье, — объясняет тётя, — и ей приходится сейчас очень много трудиться. Но зато там и оклад неплохой для девочки её возраста. Эх, Катюшка, конечно, расстроится, что с тобой не встретится, но что поделать.

— Завтра суббота, она, наверное, будет дома. У нас торжество у родственника, но я попытаюсь подъехать. Или позвонить, хотя бы, а то с ней и по телефону-то связаться невозможно.

— Да, — разводит руками тётка. — Сама её не вижу. Но она и по выходным работает. Я же говорю, трудиться приходится много. Но это и хорошо. Кто с младых ногтей к труду приучится, тому легче в жизни придётся, потому что жизнь, это не вальс и фуги-буги, а бесконечная пахота. Вот так-то…

— А может, к ней на работу можно подъехать?

— Не-е-т, — качает она головой. — Там режимное предприятие, вход строго по пропускам. Я уж у неё спрашивала.

Ну, Катька, зашифровалась. Не могу объяснить себе почему, но я злюсь. Эта ситуация меня бесит. Может, конечно, не меня, а того, кем я могу стать, дока. Может и так, да только какая разница? Бесит и точка.

Я выхожу из подъезда и поворачиваю в сторону метро. Прохожу метров сто и останавливаюсь, как вкопанный. Потому что вижу Катю. И мне всё в один миг становится ясно — и что это за работа без выходных, и что это за режимное предприятие. А, главное, кто директор этого предприятия. Вот он, вышагивает рядом с ней. Хохмит, болтает, зубоскалит. Пижон, мля. А ведь я его предупреждал. Я же тебя предупреждал, Артурчик.

Катя устало качает головой и идёт мимо меня. Проходит с толпой и не замечает. И хлыщ этот тоже не замечает. Спекулянт хренов, предприниматель сраный.

— Катя, — негромко окликаю её я. — Катя…

Она оборачивается и тоже останавливается.

— Тёма? — удивлённо восклицает она. — Что ты здесь делаешь?

— Даже и не знаю, что сказать… — пожимаю я плечами. — Мимо вот проходил. А ты?

— Я? — хлопает она глазами. — Я же тут у тёти живу…

— Ну, рад, что у тебя всё хорошо, — зло говорю я и поворачиваюсь, чтобы идти дальше…

25. Герой нашего времени

Меня сейчас просто разорвёт от злости! Нет, мне, конечно всё равно, твоя жизнь и решать тебе.