Частный визит в Париж

Максим снова подумал, что эта хрупкая и как бы инфантильная женщина – на самом деле до удивления сильна. И кошмарная история с Этьеном, из которой она вышла победителем, причем сама, без всякой посторонней помощи и опеки, на которую она обычно полагалась, помогла ей самой ощутить и осознать свою силу.

– Садись, – ответил ей Максим и протянул белый свиток. – Читай.

Она читала, а он следил за выражением ее бледнеющего лица, за тем, как меняется цвет ее глаз, как гаснет искрящийся янтарный отблеск и черные зрачки, расширяясь, затапливают ее карие глаза, как ночь.

Дочитав, Соня подняла на него мучительный взгляд. В глазах дрожали слезы и, накапливаясь, двумя мокрыми дорожками поползли по бледным щекам. Они молчали, Соня смотрела в пол, слезы сохли на ее щеках.

– Спасибо тебе, – наконец произнесла она.

– Пока еще не за что, – ответил Максим и потянулся за кисетиком, который лежал на столике. Растянув горлышко, он аккуратно высыпал камни на стол. Соня следила завороженно. Максим пальцем вывел из кучки, словно фишки, два бриллианта и подвинул их Соне:

– Это тебе.

Она вскинула на него глаза, взяла бриллианты и стала разглядывать их на свет, медленно проводя и разворачивая камни перед глазами. Это было так похоже на его сон, что Максиму сделалось не по себе.

– Спасибо тебе, – сказала Соня, – за то, что ты дал мне прочитать папино письмо. Ты ведь имел полное право этого не делать, оно адресовано тебе… Это я не могу принять, – она протянула ему камни. – Но все равно, спасибо за жест.

– Это не мой жест. Это жест Арно, который он хотел сделать и не сделал. Считай, что это его завещание.

– Нет.

– Соня, не может быть и речи, чтобы ты не взяла эти камни. Ты должна это сделать.

– Ничего я не должна… А что ты, собственно, такими ценностями кидаешься? Тебе не жалко? Или ты такой бессребреник, Робин Гуд, защитник вдов и сирот?

– Не то чтобы очень. Честно говоря, если бы тут было всего два бриллианта, то я бы вряд ли их тебе отдал. Но их тут еще много, и еще рубины…

– Они дешевле бриллиантов, – практично заметила Соня.

– Не важно. Если на два таких бриллианта Арно сумел купить фирму для Мадлен… То мне тоже хватит. Возьми камни, Соня. Это в память о твоем отце. Он все-таки был верным Хранителем «русского наследства», в конце концов, он имеет право на вознаграждение.

Соня молчала.

– Пожалуйста, – попросил ее Максим, – возьми. Это не мой подарок, понимаешь, это не от меня! Это от твоего папы подарок.

– Откуда ты такой, – сказала она медленно, – откуда ты такой взялся?

Она подошла к нему, обвила его шею руками и, глядя прямо в его глаза, отчего Максим моментально обомлел, прошептала срывающимся голосом:

– Почему ты такой, зачем ты такой…

Уткнувшись лицом в его шею, она что-то произнесла – неразборчиво и глухо.