Частная школа

 — Валентин Владимирович, куратор одиннадцатого класса. То есть и ваш теперь.

Девчонке же он и вовсе подмигнул и с усмешкой добавил:

— Типа классрук, только здесь мы именуемся кураторы, так-то. Ну и по совместительству, преподаватель истории. Ну, идёмте в класс. Будем знакомиться. Извините, что задержался, сразу вас не встретил. Уроки были с утра, но вы, я гляжу, и сами сориентировались, молодцы. Кстати, что там с формой? Вам ещё не выдали?

Он небрежно оглядел их с головы до ног, но от упреков удержался.

— Завтра, сказали, выдадут, — ответила Катя.

— Ну, думаю, один день ваш кэжуал лук общественность вытерпит.

Куратор повёл их в сторону центральной лестницы. Шагал он бодро и уверенно и вообще был весел. На типичного классного руководителя, пусть здесь они и зовутся кураторами, не походил даже отдалённо.

У дверей одного из кабинетов на втором этаже он приостановился, обернулся к ним. Катя, которая торопливо семенила следом, едва не вписалась в его грудь.

— Ну что, готовы нырнуть в бассейн с акулами? — хмыкнув, спросил он.

Катя взглянула на него перепуганно.

— Я утрирую, конечно, но мой тебе совет… — Щёголь оглядел её с плохо скрываемой жалостью, даже брови свёл домиком. — Слушай, ты постарайся держаться как-то поувереннее, что ли. Возможно, вас кое-кто там примет в штыки. Ну, сами понимаете, издержки мажорного детства. Но есть и нормальные ребята, без фанаберии. Словом, будьте проще, увереннее в себе… ты, Катя, особенно. А ты, дружище, — он обратился к Эрику, — наоборот…

— Прикинуться застенчивым? — вскинул бровь Эрик.

Щёголь коротко рассмеялся.

— Ну, я реалист. Вообще-то я хотел сказать — дружелюбнее. А то у тебя такое выражение лица, как у Че Гевары. Нет, серьёзно. Постарайтесь подружиться с одноклассниками. Пусть сначала это будет не очень легко. Но… что-то пропустите мимо ушей на первых порах, что-то переведите в шутку. А там они к вам привыкнут, угомонятся, да и подружитесь… Вам ведь с ними вместе целый год не только учиться, но и жить. Но если вдруг что, если возникнет непонимание — я всегда готов прийти на помощь по первому зову. Только не замыкайтесь в себе. Ну и… не устраивайте мордобой, да, Катя?

Катя удивлённо открыла рот. Но Валентин Владимирович снова подмигнул ей, и она порозовела от смущения.

Затем распахнул дверь. Зашёл в класс первым и провозгласил:

— Комрадс! Встречаем ваших новых товарищей!

Эрик с Катей проследовали за ним и остановились в нерешительности.

— Что за кислые лица? Где ваше гостеприимство и дружелюбие? — взывал он к классу, который хранил гробовое молчание, прожигая взглядами непрошенных новичков.

И понятно почему. Это те самые девять человек, с которыми они уже успели немного пообщаться возле кабинета директора.