Частная школа

Нонна не просто изменилась — от неё прежней совсем ничего не осталось, только оболочка. Разве так бывает? Впрочем, врачам, конечно, виднее.

Спустя месяц Нонна за завтраком глухо сказала: «Его надо отдать».

Кого именно — Радзиевский и Агата поняли сразу. Но как это — отдать? Он же не вещь, он живой. Пусть нежеланный, но её ребёнок, ни в чём не повинный младенец.

Однако Нонна была несгибаема: «Я не могу его видеть. Я задыхаюсь, когда слышу его. Меня убивает то, что он рядом…Его надо отдать. В детдом, бездетной семье какой-нибудь, не знаю… всё равно куда. Лишь бы здесь его не было».

Агата полагала, что Радзиевский отправит Нонну отдохнуть, сменить обстановку, подлечить нервы. Но тот спустя несколько дней сделал Агате чудовищное предложение…

И вот тем вечером, по прошествии стольких лет, Нонна ей позвонила. Впервые. Сама.

Конечно, позвонила лишь потому, что Агата весь день пыталась пробиться к её отцу, который, как оказалось, находился в рабочей поездке. Секретарша Радзиевского, озадаченная угрозами Агаты, тоже не смогла до него дозвониться и передала её слова Нонне. На всякий случай, а то мало ли…

Разговор тот вышел сухим. То есть Агата отчаянно молила о помощи, ну а Нонна лишь безразлично её выслушала. Однако отцу, как только тот вернулся, передала просьбу Агаты.

Радзиевский, к счастью, тотчас вмешался и всё уладил. Но неожиданно вознамерился и дальше участвовать в судьбе единственного внука, пусть даже издалека. Загорелся вот дать ему хорошее образование для начала. Так и устроил Эрика в эту злополучную школу, хотя сама Нонна не хотела даже встречаться с ним.

Агата видела, что до сих пор она воспринимала его не как своего сына, а как напоминание о тех жутких издевательствах. Но Радзиевский всегда умел убеждать и решать проблемы, пусть даже иногда очень спорными путями.

Все эти месяцы в разлуке Агата тревожилась, сама не понимая, чего боится больше: того, что Нонна по-прежнему ненавидит Эрика, и тому будет там плохо, или того, что у неё в конце концов отнимут сына. Но того, что сделала Нонна, она никак не ожидала…

72

— Ты знала Нонну? Но как… почему… — Эрик в растерянности оглянулся на Дину. Но та тоже стояла, потрясённая словами его матери. — Почему ты ничего не сказала раньше?

— Давай поговорим позже? Я устала с дороги.

Эрик видел, что вовсе не в усталости дело. Мать явно что-то скрывала, но что, чёрт побери? Однако и давить на неё, особенно при Дине, он не хотел. Заставил себя успокоиться, потом так потом, а пока лишь хмуро сказал:

— Ладно, мам. Отдыхай. Позже поговорим.

Они проводили её в комнату для гостей, где Агата останавливалась в прошлый свой приезд."

"Но поговорить им удалось только вечером. Сразу после обеда мать куда-то уехала, и не было её весь день.