Частная школа

С минуту она молчала, а потом, улыбнувшись победно, заявила:

— Зато я знаю! Создадим новый аккаунт в контакте. Левый. И напишем ему, мол, мы всё знаем. Ну, что он домогался до Алиски, что шантажировал её и что убил…

— А дальше?

— А дальше будем за ним наблюдать, тайком. Ну и посмотрим, что он нам ответит. В любом случае его надо вывести из зоны комфорта, чтобы он как-то себя выдал.

Затея с левым аккаунтом у Эрика не вызвала особого энтузиазма, но он уступил Дине, поскольку и правда не мог ничего придумать получше."

"Новую страницу они зарегистрировали тем же вечером с его телефона. Прежде Эрик соцсети упрямо игнорировал, так что сим-карту свою нигде не засветил. Но всю остальную творческую часть взяла на себя Дина. У неё аж глаза горели азартом — так её захватило это дело.

В качестве имени она выставила невнятную аббревиатуру. На аватарку прицепила картинку из интернета — девичий силуэт на краю крыши какой-то высотки. А статус украсила латинским изречением: nil inultum remanebit* (* с латыни: Ничто не остаётся безнаказанным).

В другой раз его бы от такого пафоса передёрнуло — не любил он ничего напоказ, но тут, глядя, как усердно и увлечённо Дина заполняла аккаунт, не сдержал улыбки. Было в этом что-то детское.

— Всё, готово, — объявила она. — Ну? Что пишем? Я знаю, что вы сделали прошлой весной? А если серьёзно, то… может, напишем просто: мы знаем, что это ты виноват в смерти Алисы Поляковой?

— Ну, давай так, — кивнул Эрик.

Дина отыскала страницу Приходько.

— О, смотри, он как раз в сети! — воскликнула она и, открыв окно диалога, быстро набила и отправила сообщение.

Оба замерли в ожидании…

66

Ждать пришлось недолго. Через пару минут Приходько прочёл их обличительное послание, но… ничего не ответил. Вообще ничего.

Эрика это совсем не удивило, примерно такую реакцию он и предугадывал, а вот Дина выглядела разочарованной.

— Он что, решил отмолчаться? А может, он думает, что мы просто на понт его берём?

Эрик пожал плечами.

— Дин, ну а чего ты ждала? Немедленного покаяния в ответ? Или того, что он начнёт отпираться, даже не зная точно, кто ему пишет? Честно говоря, будь я на его месте, тоже бы проигнорил.

— Ну а что ты предлагаешь? Ты же хотел удостовериться. Как тогда это сделать?

— Да я без понятия.

— В таком случае продолжим. Пусть знает, что мы не блефуем, что у нас кое-что есть.

Эрику этот её энтузиазм совершенно не нравился, хотя и Дину он понимал: покорно мириться с тем, что ей противно, — вообще не в её духе. Да и самого его корёжило от отвращения. И оставить всё, как есть, тоже не мог. Но вот пока он бы предпочёл немного подождать, понаблюдать украдкой, а там, глядишь, и пришла бы на ум какая-нибудь дельная мысль, как со всем этим разобраться.