Частная школа

А в России можно было подрядиться в какую-нибудь бригаду — строить для новых русских коттеджи, которые своим размахом и архитектурными изысками больше напоминали дворцы.

На строительство, а затем и отделку одного такого дворца под Ростовом и подвязался Йон. Платили немного, но после безденежья им и эти крохи были в радость.

Правда, жить приходилось в вагончике, где для молодожёнов отгородили занавеской угол, спать на узком топчане под храп других работяг, а умываться — на улице.

Позже бригадир нанял и Агату — варить обед на всю бригаду и поддерживать мало-мальский порядок. Оба уставали за день зверски, но как упоительно было позже, ночью, лечь вдвоём, обняться, да так и уснуть в кольце крепких рук. А к походным условиям непривередливая Агата привыкла. Есть кров, есть еда, любимый муж рядом — что ещё надо?

А потом случилась беда. Йон сорвался с лесов и разбился. Долго лежал обездвиженный в больнице, куда его пристроил хозяин особняка, перенёс несколько операций, но позже всё равно умер.

Агата и сама не знала, как она смогла пережить своё горе и не сойти с ума, не спиться, не пойти вразнос.

Наверное, просто навалившиеся разом трудности не давали совсем уж опустить руки. Денег катастрофически не хватало. Всё, что они с Йоном успели подкопить, ушло на лечение, и требовалось ещё. А взять негде, попросить не у кого…

А тут и новая напасть: бригадир, который при здоровом Йоне позволял себе лишь сальные взгляды и призрачные намёки, стал откровенно до неё домогаться. И чем дальше — тем хуже, наглее, бесстыднее. Агата еле от него отбивалась. Другие работяги хоть и видели, что творится, но притворялись, что ничего не замечают. Боялись потерять работу.

Как-то бригадир напился и совсем слетел с тормозов. Поймал, скрутил, никого не стесняясь, начал тут же рвать с неё платье. Агата до сих пор помнила его мёртвую хватку, после которой долго сходили синяки, дёрганные, нетерпеливые движения, тяжёлый запах пота и самогона, хотя обычно бригадир был трезв и другим запрещал употреблять. Помнила свой страх и то, как отчаянно пыталась вырваться, ещё больше этим распаляя негодяя."

"Когда, казалось, худшего не миновать, внезапно всё прекратилось. Растрёпанная, побитая, в изодранном платье она, оцепенев от ужаса, взирала, как здоровенный верзила, водитель хозяина особняка, пинал корчащегося на земле бригадира. А рядом с презрением наблюдал за происходящим сам хозяин. По счастливой случайности он в тот вечер проезжал мимо коттеджного посёлка и решил посмотреть, как идёт строительство его будущего дома.

После этого случая бригадир в сторону Агаты даже не дышал. А ещё спустя неделю хозяин предложил ей поработать у него. А именно — заниматься уборкой в его городской квартире в Ростове.

— Вчера уволил девушку. Жена настояла.