Птицы небесные. 1-2 части

Когда я начал расчищать лопатой землю, то нашел старые каштановые столбы и перекладины, превратившиеся от времени в нечто, подобное по крепости кости. Похоже, это был упавший лет пятнадцать назад навес для пчелиной пасеки. Очистив столбы от мха, я вкопал их в землю и укрепил большими камнями. Осиновые стволы, оставшиеся от строительных трудов архимандрита, я обтесал топором, расколол клиньями на горбыли и оббил ими стойки, оставив место для окна и двери. Из перекладин сделал стропила и сэкономленной дранкой покрыл крышу. Получилась неплохая летняя кухня в горном стиле.

Илья Григорьевич, в благодарность за ружье, принес мне косу:

— Батюшка, без косы весь двор зарастет травой! Умеете косить?

— Умею, — ответил я, полагая, что это дело нехитрое.

— Ну, Бог в помощь!

По пути на пасеку ко мне заглянул пчеловод и, увидев мое сооружение, одобрительно кивнул головой:

— Это правильно, теперь здесь будем пить чай. Когда-то у моего отца тут стояла пасека. Приятно видеть, что опять жизнь зарождается на Решевей. Нужно еще летнюю печь сложить, скажу печнику. У меня поблизости и могилки есть, поминайте мою родню! Пойдемте, покажу…

В лесу, неподалеку от ручья, он показал мне несколько могил. Мы выкосили густую траву возле них и поправили кресты. Я пообещал следить за ними и поминать усопших. И снова взялся за погреб."

"Ручей возле дома мы теперь использовали лишь для стирки и мытья овощей. Когда наше братство охватила «грибная лихорадка», от которой остались десяток банок с засоленными грибами, у всех нас началось странное расстройство желудка. Сначала мы предполагали, что в этом виноваты червивые грибы. Но причина крылась в чем-то другом. В раздумье я отправился исследовать истоки ручья. Метрах в двухстах от дома я не поверил свои глазам: свиньи устроили себе в нашем питьевом ручье грязевые ванны. Сладко развалившись, с десяток свиней нежилось в воде, выкопав глубокие ямы. Пришлось ходить за чистой водой с канистрой к роднику, который нас выручал зимой.

Как я ни бился с валуном, вытащить его мне не удавалось. Илья Григорьевич, заметив, что я мучаюсь над тяжелым камнем, помог мне. Он подложил под него доски, срубил два молодых ясеня и из них сделал два рычага. Один протянул мне и указал, что следует делать, а другим стволом ловко сдвинул камень на доски. Вдвоем, вооруженные рычагами, мы быстро справились с этим каменным исполином. Но вид у старика был невеселый.

— Как вы себя чувствуете, Илья Григорьевич? — озабоченно спросил я.

— Что-то неважно… Собираюсь полечиться нарзаном! Не хотите ли со мной поехать недели на две?

— С удовольствием! А где находится источник?

— Его мало кто знает. Он спрятан в глухом ущелье, на Пшице.